Кровь и кастаньеты

Объявление

Мои благочестивые сеньоры!
Я зову вас в век изысканного флирта, кровавых революций, знаменитых авантюристов, опасных связей и чувственных прихотей… Позвольте мне украсть вас у ваших дел и увлечь в мою жаркую Андалузию! Позвольте мне соблазнить вас здешним отменным хересом, жестокой корридой и обжигающим фламенко! Разделить с вами чары и загадки солнечной Кордовы, где хозяева пользуются привычной вседозволенностью вдали от столицы, а гости взращивают зерна своих тайн! А еще говорят, здесь живут самые красивые люди в Испании!
Дерзайте, сеньоры!
Чтобы ни случилось в этом городе,
во всем можно обвинить разбойников
и списать на их поимку казенные средства.
Потому если бы разбойников в наших краях не было,
их стоило бы придумать
Имя
+++
Имя
+++
А это талисман форума - истинный мачо
бычок Дон Карлос,
горделивый искуситель тореадоров.
Он приносит удачу игрокам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Флуд » В нумера! (21)


В нумера! (21)

Сообщений 31 страница 60 из 126

31

- О, да, малыш!... Да!...
Почувствовав, что оргазм приближается, Антуан начал сильнее насаживаться и цепляться пальцами за Михаэля, и мужчине это нравилось. Он мог уже ничего не делать и даже не двигаться, француз все делал сам. Сам любился и получал об него удовольствие. Это и было пиком наслаждения, тем исступлением, в который попадают любовники, когда достигают кульминации одновременно.
Сладкая агония не застала Михаэля врасплох. Он мучительно дождался, когда юноша всхлипнет, крича в порыве страсти что-то невнятное, но от этого не менее соблазнительное, и тоже позволил себе расслабиться. Один толчок. Еще один. Еще и еще. Когда головка толкнулась в комок нервов снова, терпению и самообладанию настал конец.
Ладонь Фернанду уже во всю чувствовала, как бьется в ней плоть любовника, кончающего порывистыми волнами, толчками избавляясь от лишнего семени. Корсиканец излился в тот же момент, когда Антуан задрожал, поскуливая и кусая свои губы. Мужчина рыкнул, хрипло и протяжно выдыхая, и наполнил и без того тесное пространство любовника своим семенем.
Дальше все было, словно в тумане. Он выскользнул из красивого разгоряченного тела, увлекая за собой и часть тягучего здорового семени, пачкая бедра и ягодицы Антуана. Михаэль скатился с юноши, заваливаясь на спину и ловя ртом воздух, потому что дышать носом было решительно невозможно. Вокруг всё вскипело и, кажется, солнце решило спалить городок дотла. Так было жарко.
Фернанду на мгновение, кажется, даже уснул, провалился в удовольствие, но тут же вырвался на поверхность сознания, весь мокрый после оргазма. В комнате стоял устойчивый аромат секса. И это было восхитительно.
Мужчина повернул голову, нащупал ладонью любовника, который, кажется, тоже был без сознания. Усмехнулся, лаская его по бедру пальцами.
- Хэй...ты в порядке? Малыш...

0

32

Антуан был в порядке. В полном и абсолютном порядке, в каком никогда не был раньше. Он просто лежал с закрытыми глазами, почти не чувствуя своего тела, и ему было очень-очень хорошо. Но из этого "хорошо" пришлось вылезти в реальность - на мягкие поглаживания и ласки Антуан не реагировал, и его, кажется, стали похлопывать по щекам.
Антуан неохотно открыл глаза, посмотрел осоловелым и удовлетворенным взглядом и улыбнулся припухшими от поцелуев и укусов губами. Дышал он все еще неглубоко и очень часто, но бледность и нездоровым румянец уже сходили с щек, и Морель потихоньку приходил в себя, начиная вяло шевелиться и потягиваться.
- Я не знаю, чем я тебя заслужил. Но, видимо, когда-то я успел побыть очень-очень хорошим мальчиком...
Антуан с трудом перевернулся на бок, коснулся ладонью щеки Михаэля, потом своей. Задумчиво поскреб щетину и тихо фыркнул.
- Кажется, мне пора побриться. Если надо, хоть везде, где скажешь, но лицо так точно...
После секса в голову всегда лезли какие-то очень странные мысли. Но иногда среди этих странностей попадались и весьма здравые идеи. Побриться, помыться и...
- Mon chou-chou, а ты не хочешь как бы слегка...поесть?

0

33

- Если ты когда-то и был хорошим послушным мальчиком, то это точно сегодня, - кивнул, коварно улыбаясь, подшучивая над любовником на грани фола, при этом совершенно не желая его обижать. Просто после секса мысли всегда были...немного странными. И чуть-чуть пошлыми.
- О, нет, прошу, оставь там все как есть... - взмолился Михаэль, не упуская возможности показать рукой, где это самое "там" и приласкать расслабленный уже пах Антуана. Ему было приятно прикасаться к своему...любовнику? Своей пассии? Спутнику? Боже, кто ты - парень, с которым Михаэлю так хорошо в грешных объятиях мягкой постели?!
- Признаться, я не против гигиенических процедур. Вообще люблю воду и не терплю несвежесть. Я точно знаю, что даже у бродяги есть при желании возможность быть опрятным. - мужчина улыбнулся, не сводя глаз с этого красавца, что лежал рядом с ним.
- А что касается еды, то думаю, нам стоит определиться, собираемся ли мы куда-то выбираться отсюда в ближайшее время, или продолжим марафон, заказав ужин прямо в номер...
Михаэль потянулся, перевернувшись снова на спину и превращаясь в тонкую и звонкую струнку.

0

34

- Как скажешь, медвежонок, -мурлыкнул, дотянулся до уха, прикусил мочку. - Но щетину на лице я не люблю. Колется...
Антуан неохотно вылез из мягких теплых объятий и на четвереньках пополз к краю кровати, пытаясь понять, сможет ли встать, или придется ползти до самой бадьи с водой. Судя по тому, как ноги дрожали, о нормальной походке на какое-то время придется забыть.
- В таком случае ползем по направлению к воде, мой верный спутник! - театрально взмахнул рукой и сполз с кровати на пол, утягивая за собой одеяло, чтобы было не так жестко приземляться. - И, пока мы плаваем, надеюсь, кровать приведут в порядок. И разбудят месье маркиза. А то мне уже кажется, что он впал в этот...Как там лекари зовут... Сон Лазаря? Но как-то он слишком долго и крепко спит. Не умер хоть? А то мне будет неприятно, если мы тут, а там труп...
Все же кое-как встал на ноги, и, пошатываясь, поплелся в сторону бадьи. Но все равно по дороге вцепился за нагнавшего его любовника и практически повис на нем.
- А как ты хочешь, mon chou-chou? Меня устроят оба варианта. Но там на тебя будут смотреть другие мужчины... С другой стороны, я чувствую острую необходимость орать на каждом углу, что нашел свое счастье...

0

35

Мужчина наслаждался зрелищем. Его юркий и гибкий в порывах любви спутник сейчас выглядел так беспомощно, что вызывал неподдельное умиление. Михаэль спрыгнул с кровати, какое-то время просто наблюдая, как юноша ползёт возле его ног. Удовольствие от этого момента было не меньшее, чем от недавнего оргазма.
- Бог мой, не могу без трепетного замирания сердца смотреть на то, как вам сейчас плохо, - однако в голосе Фернанду читались явно другие эмоции. - Ваша поза в очередной раз доказывает, что вчера вам было очень хорошо. И это льстит!
Михаэль помог любовнику подняться на ноги, придерживая его за талию. Ладонью он снова исследовал атласную натянутую кожу живота и спины. Заглянул в глаза.
- Зато так мне спокойнее. Я буду точно знать, что вы, мон ами, никуда не сбежите. А если и попробуете, то я вас догоню...
Ласково поцеловав француза, поласкав его губы и оценив истинный вкус утреннего поцелуя, корсиканец-таки подвел любовника к деревянной бадье с водой. Тронул живительную влагу ладонью и поморщился.
- Холодная. Хотя, за это время остыть успело бы даже адское пекло...
Михаэль взял с полки пористую губку, смочил её в воде, тщательно отжав, чтобы от прикосновения с ней сразу не было так холодно, и развернул Антуана к себе спиной, заставив облокотиться руками о края бадьи. При ближайшем рассмотрении, спина любовника была похожа на поле боя. Жаль, что Михаэль не мог просто взять и смыть все отметины водой. Мужчина снова не удержался, поцеловав шрам, и только после этого начал омывать соблазнительно-сексуальное тело француза.
- Мне побриться тоже не помещает, - как бы между делом отметил корсиканец, продолжая свои нехитрые, но нежные манипуляции. Вода скатывалась по коже, сворачиваясь в ручейки и капли, завораживая, притягивая взгляд. - Что до маркиза, то, вероятно, он просто слишком крепко спит сном попойцы. Самое лучшее, что мы можем для него сделать, это заказать еды на троих.
Михаэль взял кусок мыла, которое пахло также, как и простыни в этом заведении, до того, как на них побывали тела любовников. Он стал медленно водить скользким куском по влажной коже, потом убрал его и стал гладить руками, смывая пот и аромат секса.
- Кричать на каждом углу о своем счастье? - Фернанду улыбнулся, вздернув брови. На его лице отразились радость, испуг, недоверие и много других эмоций. - Где же ты был раньше, мой милый Тони?... Я так мечтал об этом. Мечтал, чтобы любви со мной не боялись и не прятали подальше, запихивая в старые сундуки...

0

36

- Месье знает толк в извращениях, - Антуан тихо фыркнул, - Но, не скрою, это отличный способ предотвратить побег... Только умоляю, не рассказывайте об этом стражникам. В тюрьмы я попадаю время от времени, правда, обычно ничего доказать не удается. Ну, сами понимаете - однажды попавшись, подозревать будут всю жизнь, даже если ты после этого в монастырь уйдешь... Так вот. Не говорите страже, пусть по-старинке используют кандалы.
Антуан медленно распрямился, тихо постанывая, прогнулся, пару раз наклонился то в одну, то в другую сторону, разминая затекшие мышцы. Подчиняясь рукам Михаэля, он развернулся, вцепился в край бадьи, заодно проверив воду. Ну холодная... Вполне себе терпимая холодная вода, он в такой постоянно мылся. Но, видимо, его любовник привык к большему комфорту, и Антуан не стал спорить. К тому же было очень приятно - Михаэль так трогательно ухаживал за ним, целовал, обтирал губкой, поглаживал нежно... Если бы до этого они уже не удовлетворяли друг друга два раза, Антуан бы точно не выдержал. Но сейчас приятная усталость охватила тело, и прикосновения месье вызывали не возбуждение плоти, а удовольствие совсем другого толка.
- А мне нравится трехдневная щетина, - кинул взгляд через плечо. - Особенно на тех, с кем я состою в тесных отношениях...Это так приятно, когда она колется при поцелуях. А на себе щетину не люблю. Не идет мне...А насчет еды вы правы, mon amour. Давайте на троих...
Антуан чуть прогнулся, закрыл глаза и блаженно вздохнул - руки Михаэля легко скользили по коже, и это было слишком приятно, чтобы никак не реагировать.
- Те, кто боится кричать о любви - идиоты. Даже церковь утверждает, что Бог есть любовь. Значит, любовь не может быть грязной или греховной... Месье, может, попросить горячей воды? Я-то спокойно моюсь холодной, а как же вы?

0

37

- Те, кто не кричат о любви - всего лишь хотят скрыть, что эта любовь - далеко не единственная у них, - Михаэль снова смочил губку, сделав ее более мокрой и смывая скудную пену от мыла. - Чтобы сохранить в целости две, а то и три любви, стоит молчать обо всех.
Мужчина с наслаждением слушал стоны и вздохи любовника, сам получая несказанное удовольствие от того, что он делает. Никогда такого не было. И никогда такого больше не будет.
Фернанду поморщился, услышав о тюрьме и не очень удачной шутке Антуана. Вот уж чего он меньше всего на свете хотел слышать в этот вечер, так это мысли о подобном будущем своего возлюбленного.
- Постойте, друг мой? Вы собрались в тюрьму без меня? Нет уж, позвольте, это вопиющее хамство и неуважение к старшим. И если уж вам и доведется загреметь туда по воровской глупости, то, поверьте, первым, кто встретит вас на пороге камеры с кандалами буду я.
Михаэль поцеловал его в шею сзади, чуть прикусив загривок.
- Уговорил. Не буду бриться еще день. А что касается горячей воды...пожалуй, приму столь приятное ухаживание от тебя. Мыться в холодной я могу, но если есть возможность альтернативы, то лучше воспользоваться ею.

0

38

- Ну... Признаться, я весьма влюбчив... У меня было и больше, чем три. Иногда штук по семь... Но я же не молчал, - Антуан тихо хмыкнул, - Но это было давно. Не здесь. И, наверное, это все же было не настоящее чувство. На ночь или две, после чего я уходил. Или меня прогоняли.
Антуан развернулся, облокотился о бадью, посмотрел на любовника, прищурившись и хитро улыбаясь.
- А я надеюсь, что больше там не окажусь. Мне там не нравится. Кстати, я ведь всего два раза попался. Один раз по молодости, подставили меня. А второй раз был выбор между смертью и камерой. Камера показалась мне более привлекательной. Но вот теперь после ваших слов... Тюрьма, ржавые решетки, охапка соломы в углу и твердая лавка. Кандалы на моих руках и вы...Вы знаете, это даже возбуждает!
Рассмеявшись, Антуан скользнул в сторону, дернул за шнурок, вызывая слуг и попросив горячей воды. Сам же выловил плавающий в бадье ковш и стал поливаться холодной. Не особо приятно, зато очень бодрит.
- Вы ведь потерпите немного прохлады? - сполоснув губку, Морель аккуратно вытер пах синьора, особое внимание уделив его достоинству, после чего взъерошил мокрые волосы и промурлыкал, - Согреть вас там, месье? Признаться, я слишком голоден, чтобы ждать ужина, к тому же давно хочу попробовать вас на вкус.

0

39

- И как...давно...хотите вы попробовать меня... - дыхание в момент стало рваным и не поддающимся никаким уговорам здравого смысла перестать вести себя, как перевозбужденный мальчишка от одного единственного прикосновения и пары нежных слов. - Дня, этак...полтора? - он усмехнулся, но губы не долго продержались в искривленной улыбке, распахиваясь шире и позволяя дышать торопливо, глубоко, когда губка в руке Антуана коснулась паха.
В глазах потемнело звонкой вспышкой, мешающей видеть и нормально соображать. Нет, холодная вода не возбуждала. Напротив. Заставляла сжиматься и покрываться мурашками. Черт возьми, тем контрастнее будет казаться горячий, обжигающий рот любовника.
- Да...кандалы и цепи...в которых ваши руки...при этом вы весь мой.. - Михаэль закусил нижнюю губу, чувствуя, как возбуждение закопошилось внизу живота. - Ммм...приятная картина...теперь я буду с нею засыпать...
Мужчина откинул назад голову, улыбаясь от расплывающейся по телу неги и удовольствия, прикрыл глаза. Да, ему хотелось. Ему очень хотелось, чтобы Антуан приласкал его там. Ему хотелось обладать им полностью. Во всех местах.
- Что ж, согрейте меня, мой милый друг... Не могу же я лишить вас ужина, когда вам этого так хочется. И я стараться буду изо всех сил, чтобы...накормить вас как следует. Жаль, что во время этой трапезы нельзя будет целовать вас в губы... - Миша посмотрел ему в глаза. Своим фирменным взглядом. Острым как бритва прищуром. Убийственно-беспощадным. Страстным.

0

40

- Ну да. С того момента, как вы упомянули свое пока еще не обнаженное оружие, - Антуан рассмеялся, подтолкнул Михаэля в сторону кресла, в которое в итоге и свалил ловкой подсечкой. Навис сверху, опираясь на подлокотники. - Все. Я вас победил, и вы у смотрите на меня снизу вверх. И это так приятно... Не забывайте, mon chou-chou, о том, что я не беззащитен. И не слаб. И я не менее мужчина, чем вы. Не стремитесь заковывать меня в кандалы каждую ночь. Время от времени будет достаточно
Антуан медленно опустился на колени, скользнул ладонями по ногам месье, мягко огладил бедра, подхватил, подтянул поближе к себе.
- Лучше сделайте так, чтобы я сам приходил к вам. К вам и только вам, не думая о других. Впрочем, пока что вы на верном пути. Я не ушел и не хочу. Значит, вернусь к вам так или иначе. Но если встретите меня с цепью в руках, не забудьте приложить к ней плотный ужин, бутылку хорошего вина и мягкую постель.
Вор ухмыльнулся, развел колени любовника в стороны, подался вперед.
- И тогда я снова окажусь у ваших ног.
Не желая больше разговаривать, Антуан приник губами к еще не вставшему, но уже начинающему наливаться силой члену Михаэля. Сначала он попробовал на вкус головку, мягко обхватив ее губами, потом провел языком к основанию, к щекочущим губы жестким завиткам волос. Пока что вкуса на губах не осталось, и пахло мылом, но это только пока. Антуан склонил голову набок, нагнулся сильнее, и, обхватив достоинство Михаэля ладонью, начал плавно и ритмично двигать рукой. Само собой, он знал, что пройдет время, прежде чем месье возбудится настолько, что можно будет начать. И терять это время Антуан не собирался, обратив свое внимание на то, что слишком часто остается лишенным ласки. Он начал мягко и нежно облизывать мошонку, то и дело забирая в рот то одно яичко, то другое. Короткие мягкие редкие волоски приятно щекотали язык, и Антуан с удовольствием сжимал губы сильнее, отмечая про себя, что подобное поведение любовнику, видимо, нравится. По крайней мере член Михаэля точно не имел ничего против, и уже через минуту этой нехитрой ласки можно было перейти непосредственно к столь любимому вором процессу.
Убрав руку, Антуан чуть отстранился, облизнулся, выдохнул медленно, словно собираясь с духом. И, качнувшись вперед, одним движением забрал в рот почти что половину. Сосать он любил больше, чем облизывать.
Член у месье был не только крупным, но и длинным, и на то, чтобы забрать полностью, потребовались некоторые усилия...

0

41

- Никто так не мечтает убежать и оказаться на воле, как дикий зверь, посаженный на цепь... - выдохнул Михаэль, падая на кресло. Он знал, что его сейчас ждет, а потому сладко предвкушал грядущие ласки. - Поэтому и от меня цепей ты не дождешься... Пусть будет просто дом, куда тебе захочется вернуться... И буду просто я, который будет любить...
Смотрел на своего спутника, не отводя взгляда. Да, он сейчас казался выше, поскольку Миша сидел, но в тем и славен был корсиканский трикстер, он умел не только маски надевать, но и смотреть снизу вверх так, словно все наоборот и он из пораженья выходит победителем.
Однако, сейчас был не бой, но даже если бы это Михаэль стоял перед Антуаном на коленях, он все равно бы вел себя точно также. Слишком самоуверенный. Слишком сильный. Но и сильному расслабиться не слабо. Он никогда никому не позволял так владеть собой. Нет, минеты ему делали и неоднократно, но он при этом всегда контролировал ситуацию, направляя и либо разрешая, либо не разрешая вольности. Сейчас же он отдался на волю своего любовника, и Антуан умело демонстрировал свои отработанные, похоже, годами, навыки.
Язык любовника нахально потрогал головку. Провел по стволу. Губы обожгли яички, заставляя впиваться руками в подлокотники кресла. Костяшки пальцев побелели так, что руки походили на кисти мертвеца. Но столько живым он еще себя не чувствовал никогда.
Признаться, Михаэль был весьма легковозбудимым человеком. Все его тело было сплошной эрогенной зоной. Рука любимого могла толкнуть его в плечо и он моментально распалялся, заканчивая прикосновения актом любви. Причем за один подход менялось несколько поз. Что уж говорить теперь о том, когда любимый умелый ротик сладко и грамотно облизал весь его пах и мошонку.
Да, Михаль был готов. Его член наливался кровью резкими рваными толчками. Каждый удар сердца накачивал его, заставляя разбухать прямо во рту Антуана.
- О, мой бедный возлюбленный... На твою беду ты умеешь весьма и весьма возбуждать... - простонал мужчина, откидывая голову на спинку кресла и застонал уже в голос. Антуан был слишком умел. Слишком! И это выбешивало, одновременно даря такое наслаждение, какого Михаэль еще не испытывал.
- После того, как я кончу, составь списки всех, кому ты отсасывал до меня. - почти серьезно прохрипел Миша, съезжая ладонью на затылок любовника, не отдавая себе отчета в том, что уже начинает насаживать Антуана на свою плоть, хоть и понимает, что ему может быть больно и неприятно. - Я убью их... - договорил Михаэль и снова застонал в голос, прогибаясь в пояснице и подавая вперед грудью.

Отредактировано Михаэль Люсия Фернанду (2015-03-18 00:04:20)

0

42

Что самое главное в таких оральных ласках? Врожденное мастерство? Нет. Богатый опыт? Нет. Ловкий язык? Тоже нет. Неопытный юнец, впервые коснувшийся губами чужой пылающей желанием плоти может доставить такое удовольствие, которого не сможет дать даже самый умелый продажный мальчик из борделя. Главное в подобном деле - получать удовольствие самому и искренне жаждать довести до пика наслаждения того, чей орган обнимают твои губы. Если тебя заставляют - кто-либо или ты сам заставляешь себя - то путного не выйдет. Если ты не любишь ощущать на языке этот ни на что не похожий вкус мужчины, то никогда не сможешь свести его с ума.
Михаэль ошибался. Не так часто Антуан ласкал своих любовников именно так. Один раз из десяти, можно сказать. Обычно он ограничивался парой минут поверхностных оральных ласк. Иногда, когда любовник был хорош и не забывал о чистоте тела, Антуан пользовался случаем, и тогда... Было похоже на то, что сейчас. Но все же Михаэль был особенным. Уже успел стать особенным, и Антуан отдавал себя этим ласкам целиком и полностью.
Даже тогда, когда опустившаяся на затылок рука сжала пальцами волосы, толкнула, начиная задавать темп, Антуан не возражал. Скорее даже с восторгом отреагировал, плотнее сжимая губы, закрыв глаза и расслабившись. До этого он следил, угадывал, как нравится любовнику, сейчас же тот сам показывал, какого рода удовольствия желает... Правда, самому Антуану было не сказать, чтобы очень легко. Но ему нравилось чувствовать, как член проталкивается в горло, как горят губы и язык. Нравился вкус, нравился запах, даже головокружение, появляющееся при нехватке воздуха, и черные точки перед глазами. Его не смущала слюна, которую он не успевал сглатывать, не волновали болезненные спазмы, разгорающийся жар в легких. Он попросту сходил с ума от того, что его так хотят, так жаждут, что теряют контроль и забывают обо всем.
Антуан снова подключил к процессу руки, одной ладонью начиная быстро, но очень нежно и аккуратно ласкать мошонку, а второй оглаживать бедра. И только через долгую, мучительно долгую минуту снова открыл глаза и кинул короткий взгляд вверх. Затуманенный желанием и страстью взгляд, немного торжествующий и откровенно развратный. Антуану казалось, что еще немного, и ладонь Михаэля с силой нажмет на затылок, член толкнется еще глубже в горло, и они оба застынут на короткую секунду, а потом... А потом Михаэль подаст бедрами вперед, кончая прямо в глотку. А потом медленно уберет руку, позволяя отстраниться, вдохнуть полной грудью. И будет смотреть на то, как Антуан судорожно хватает ртом воздух, облизывает блестящие от слюны губы и глупо улыбается...
Антуан коротко всхлипнул, не выдержал, убрал ладонь с бедра Михаэля и с силой сжал собственный член, начиная быстро-быстро водить по нему ладонью. Кончить от того, что берешь в рот член другого мужчины... Да уж. Он действительно попал.

0

43

- Мой бог...какие ласки... - простонал Михаэль, не в силах вспомнить больше ни одного слова ни на одном языке мира, даже на родном. Ему хотелось грязно нецензурно ругаться, но он никак не мог. Антуан действовал на мужчину также, как крепкий алкоголь - он забывал все бранные слова и просто улыбался.
Да, это был его персональный наркотик, на который то ли он сам случайно подсел вот так, за какие-то пару дней, то ли его насильно подсадили, словно зная, что нужно делать. Сначала Михаэль думал, что это он ведущий в этой игре, но теперь, когда Антуан - его пылкий и такой ласковый любовник - зажимал меж губами налитый до предела силой стояк, Фернанду начинал сомневаться в том, кто из них двоих охотник.
Он пропадал. Он утопал в этой страсти и любви с головой. Вечером был случайный секс, утром откровенный трах, но сейчас... Нет, Михаэль позволял прежде ласкать себя орально, но сам считал это высшим проявлением доверия и желания, когда ты хочешь не просто облизать партнера с ног до головы и обратно, но и ощутить его в себе, принимая осознанно тот дар, который из него изольется, при этом не просто сглатывая, но еще и наслаждаясь.
Перед глазами мелькали картинки, в которых Антуан извивался там, между бедер Михаэля, умело и с таким удовольствием лаская любовника, что Фернанду в какой-то момент подумал: "Женюсь!". В мыслях все плыло, сознание темнело вспышками удовольствия. Его достоинство еще никто так не тешил и не ласкал. Хотелось большего. Хотелось резче, глубже, стремительнее проталкиваться в и без того горячий влажный рот любовника.
О, как хотелось его иметь! врываясь, не контролируя себя, чтобы он стонал от наслаждения и дискомфорта, который член сейчас точно доставлял юному вору. Михаэль сходил с ума. Он бы отдал все, лишь бы этот момент не заканчивался, лишь бы ласки продолжались. Его плоть была напряжена, пульсировала, и уже готова разрядиться. Но Михаэль был не готов...
Он нежно поглаживал ладонью затылок любовника, словно хваля его, когда он делал хорошо, и чуть оттягивал за волосы, если Антуан действовал не в том направлении. Но юноша действительно наслаждался процессом, и это подкупало. В какой-то момент мужчина заметил, что одна рука любовника скользнула вниз, и начала активные действия уже между своих бедер. Тони тоже готов был кончить от наслаждения, которое сам же и доставлял. Протяжные стон удовольствия, наслаждения и отчаянной радости сорвался с губ Михаэля. Он больше не мог сидеть на месте. Схватив рукой подлокотник кресла, начал быстрее, развратнее двигать бедрами, подаваясь навстречу, толкая голову любовника ладонью, сжимая затылок и при этом лаская его пальцами.
- Святые угодники... Я ревную вас к вашей руке... Как жаль, что не могу вас приласкать прямо в эту же секунду...
Михаэль стонал, уже не различая, говорит он или вскрикивает от нарастающего напряжения.
Все закончилось в одну секунду, когда плоть мужчины ворвалась так глубоко, на яичках ощутимо почувствовались зубы Антуана. Все тело Михаэля прострелило такой судорогой, что могло показаться, будто в него ударила молния. Он вскрикнул, переламываясь в пояснице и раскрываясь полностью навстречу. Вот сейчас его можно было бы убить, и он бы даже не заметил. Но смерть была б прекрасна...
Миша кончил прямо в глотку любовнику, толкнувшись в него еще несколько раз, находясь на пике удовольствия, и, наконец, обмякнув, покидая жаркий рот, сползая с кресла на пол и падая практически у ног Антуана.
Фернанду смотрел на то, как припухшие от минета губы любовника ловят воздух, а глаза слезятся от только что проглоченной дозы спермы. Черт! Как же он был прекрасен. И как его хотелось снова взять.
- Если ты меня сейчас же не поцелуешь, клянусь, я убью тебя...

0

44

Антуан жалел, что сейчас не может говорить. Он бы многое мог сказать Михаэлю в ответ на те слова, что слетали с губ любовника, уже потерявшего контроль над своими желаниями. Он бы сказал, что ласки совершенно обычные, что он может лучше и сделает лучше… Позже. Когда отдохнет, когда они будут дома, наедине, где никто не сможет подглядеть или помешать. Он бы сказал, что не нужно портить ревностью такие прекрасные, полные удовольствия моменты.
Михаэль продолжал говорить, но уже какие-то бессвязные, обрывочные предложения. Стонал, вскрикивал, шептал что-то неразборчивое. Да Антуан уже и не пытался разобрать, что именно. Если до этого любовник позволял ему отстраняться настолько, что хватало времени вдохнуть, то теперь он его этой возможности лишил. Антуан пытался двигать головой более размашисто и открывать рот пошире, чтобы, чередуя глубокий минет с легкими ласками, хоть немного отдышаться. Но едва он выпускал член наполовину, как ладонь Михаэля с силой давила на затылок. А потом Михаэль и вовсе не только стал насаживать Антуана на член, но и сам начал чересчур активно двигать бедрами.
Антуан задыхался, горло сводило конвульсивными спазмами, и он сам не заметил, как убрал руки со своего член, вцепился в ноги любовника, судорожно царапая его бедра короткими ногтями. А потом он вставил так глубоко, что Антуан тихо взвыл, закашлялся и попытался вырваться. Попытки успехом не увенчались, и он, тихо всхлипывая, с трудом сглотнул несколько раз. Он даже не почувствовал, как Михаэль толкнулся еще несколько раз.
Только когда любовник отстранился и сполз с кресла, Антуан зашевелился. Неловко завалился вперед, утыкаясь лбом в плечо Михаэля, и тихо, хрипло дышал. Поцеловать его сейчас он не смог бы при всем своем желании. Но и умирать особо не хотелось, как и огорчать Михаэля, поэтому он почти невесомо коснулся губами губ Михаэля.
- Вы итак меня почти убили… Задушили своей любовью… И я считаю крайне необходимым включить эти репетиции убийства в ежедневный утренний ритуал.
Тем временем сменили воду, и Антуан, кое-как встав на дрожащие ноги, помог подняться месье.
- Мыться. Мыться и завтракать, mon chou-chou

0

45

- Ваши ласки воскресили меня... - Михаэль сейчас не лукавил и ум его не помутнел от оргазма. Он действительно ожил в объятиях юного любовника, словно увядшее и почти погибшее без любви и нежности растение. Сейчас ему хотелось жить, хотелось любить, и ему было немножко все равно, испытывает ли к нему тоже самое его Антуан. Слова любовника про ежедневный ритуал говорили вполне не двусмысленно, и Михаэль был склонен верить им. - Если каждое утро вы будете меня так воскресать...то я готов умирать каждую ночь.
Мужчина протянул руку к губам любовника, легким жестом стирая белёсые  подсохшие разводы перемешанной с его семенем слюны. О, как прекрасны были губы возлюбленного после минета. Вот сейчас их хотелось целовать куда сильнее. Если можно было хотеть этого сильнее, чем хочет Михаэль. Припухшие, поалевшие, словно он только что испил крови.
"Надеюсь, тебе не очень больно, мон ами..." - подумал про себя Фернанду, но вслух не стал произносить, не стал портить момент близости. Он вообще был не сторонником пыток во время секса, однако за собой знал, что в порыве страсти мог сделать неприятно. Хотя, судя по блаженной улыбке Антуана и его подернутым туманной пленкой оргазма глаза, ему было хорошо.
- Завтракать? Мон ами, вы же только что заморили червячка... - хмыкнул Михаэль, стараясь не злоупотреблять помощью Тони и по возможности подниматься самостоятельно.
Да, колени дрожали. Дрожали, черт побери, как у семинариста после посещения борделя. Но было плевать. Такой дрожи он не испытывал давно, и был готов наслаждаться ею снова и снова после таких приятных тренировок с новым любовником.
Бадья с водой дышала паром, что заставило Михаэля блаженно улыбнуться. Он любил горячую воду. Ему вообще нравилось, когда горячо.
- Не сочтите меня варваром, мсье, но я туда нырну... - виновато кивнул Михаэль, действительно выполнив свою угрозу. Благо, бадья была не только широкая, но и глубокая. Воды в нумерах не жалели. Видимо, прекрасно понимали, чем занимаются посетители. Что могло быть еще приятнее, чем ванна после секса? Только еще один секс. - Вы хотели побриться, мон ами... Вперед! Я с удовольствием погляжу на это... - прищурился корсиканец, положив ладони на края бадьи и словно с вызовом глядя на своего любимого француза.
- К слову, завтрак, судя по аромату, что доносится из соседней комнаты, похоже, тоже принесли. Главное успеть до того, как проснется маркиз и съест все за нас.
Мужчина внимательно посмотрел на любовника. Выждал секунду. И...плеснув в него водой, мелодично рассмеялся.

0

46

- В том то  и дело, что я вкусил десерт после великолепного первого и второго блюд, - Антуан улыбнулся, намекая на их весьма бурную ночь и утро, - И понял, что мне хочется еще… А для этого надо восполнить и другие потребности организма… Например, потребности желудка…
Антуан проследил взглядом за месье, который влез в бадью, и едва сдержался, чтобы не полезть следом. Полез бы – они бы продолжали там, и тогда еда бы остыла. Антуан, конечно, обожал постельные утехи, но вкусно поесть он любил не меньше. Хотя бы потому, что вкусно поесть удавалось гораздо реже, нежели хорошенько отдохнуть.  Ну и потому, что на полный желудок и жить было как-то легче, и любить, не отвлекаясь на урчание живота.
Антуан тихо фыркнул, тряхнул головой.
- Не брызгайтесь, месье…  А то мы снова устроим игрища…
Морель выкрал у месье часть воды – умыться, снова сполоснуться, уже более тщательно, после чего вооружился тонкой бритвой и мылом, и начал тщательно и осторожно сбривать щетину. По-хорошему стоило бы навестить цирюльника, вот только Антуан подсознательно боялся доверять человеку с бритвой свою шею. Точнее, доверять ее незнакомому человеку.
Удовлетворившись результатом бриться, он коротко поцеловал разомлевшего в горячей воде любовника.
-  Выплывай, mon chou-chou! И пойдем поедим уже.
Дабы предотвратить превращение завтрака в интимные игры с едой, Антуан оделся, уселся за накрытый стол и, дождавшись любовника, быстро расправился со своей порцией. И даже отложил то, что не портится, месье маркизу. Когда-то же он должен был проснуться.
- Ну что… Пойдем, вернем ключик? У нас там впереди полное событий будущее, на которое я и хочу направить все свои усилия…

+1

47

Можно было бесконечно смотреть на огонь, воду и то, как Антуан бреется. Михаэль даже немного подвис с нежной и ничего не означающей улыбкой, просто наслаждаясь зрелищем. Юноша был красив. Гладко ли он выбрит или ходит с несколькодневной щетиной. А Фернанду решил исполнить прихоть паренька и оставил на лице легкую растительность. Зато поплескался в горячей воде. Это было куда важнее.
Чувство голода наступило неожиданно и то, только потому, что Антуан заговорил о еде. Пришлось подчиняться и выбираться из бадьи, признаться, нехотя. Куда с большим удовольствием Фернанду затащил бы паренька к себе, но в словах любовника была правда. Необходимо поесть, разбудить маркиза и освободить комнату для нуждающихся. В конце-концов, их паре уже было, куда идти.
Михаэль вылез из воды и насухо вытерся. Оделся, собирая по полу свои вещи, и присоединился за обеденным столом к Антуану.
- Что ж ты так мечешь еду? Я даже не успел пожелать тебе приятного аппетита, - якобы возмутился, притянул к себе и поцеловал в висок. Утренние ласки. Их ни с чем не спутать.
Шут с удовольствием употребил все, что выделил ему возлюбленный, не притронувшись к той части, что осталась для маркиза. Закончив с трапезой, мужчина подошел к спящему бедолаге и растолкал его, потрогав за плечо.
- Сеньор Педро? Кажется, ваша очередь) - улыбнулся, вложив маркизу в ладонь ключи. - Еда на столе) Счастливого отдыха!
Отсалютовав сеньору, Михаэль обнял Антуана за талию, уводя его в их общее будущее.

+1

48

Угораздило же маркиза уснуть в таком месте и проснуться так не вовремя, а потом целую ночь изображать спящего и слышать буквально каждый шорох и стон. Лучше бы он спал, голова бы под утро болела бы не так сильно и утреннее бодрствование далось легче.
- Зачем мне ваша еда, лучше бы кофе оставили - сердито бросил вслед утихшим шагам.

Отредактировано Педро Хименес (2015-05-02 21:21:40)

0

49

Ох, ты ж ёж... /не туда попал/

0

50

*ржот* - Простите) Не мог промолчать) Вы так удачно попали)

0

51

Михаэль Люсия Фернанду, ну, да... "Вы попали, вы попали, вы опять попали..."

0

52

*Вздохнул* - Поселиться что ли тут? Вдруг кто придет? Буду отлавливать и запирать для конкретных целей.

0

53

Михаэль Люсия Фернанду, тогда это будет уже тюрьма /оценил сеньора взглядом на предмет соответствия оного тюремщик/

0

54

Сантьяго Агирре,
*Позвенел бубенцами, признавая полное свое соответствие образу надзирателя* - Останетесь?) Или в кости перейдем? Я вам там должен, а вот всё сбегаю от ответственности)

0

55

Михаэль Люсия Фернанду, если останусь то испорчу ауру этого места, используя его не по назначению) И да, я жду вашего выполнения задания.

0

56

Сантьяго Агирре,
Да ну что вы?) Учитывая, что сюда особо никто не заходит, тут и атмосферы-то еще нет)

0

57

Михаэль Люсия Фернанду, думаете со мной она может появиться?)

0

58

Сантьяго Агирре,
- Я в этом уверен) Каждый несет вокруг себя определенную особенную атмосферу. Неповторимую. Чем вы не такой? - хмыкнул. - А нумера, полагаю, не только для интима служат?)

0

59

Михаэль Люсия Фернанду, да, например, для пропаганды воздержания /серьёзно/

0

60

Сантьяго Агирре,
Или ведения философских разговоров. Будет странно, если после жаркого секса партнер скажет: позвольте, я процитирую вам Софокла! - воззвал куда-то в небо. - А если все прилично, то можно и процитировать.

0


Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Флуд » В нумера! (21)