Кровь и кастаньеты

Объявление

Мои благочестивые сеньоры!
Я зову вас в век изысканного флирта, кровавых революций, знаменитых авантюристов, опасных связей и чувственных прихотей… Позвольте мне украсть вас у ваших дел и увлечь в мою жаркую Андалузию! Позвольте мне соблазнить вас здешним отменным хересом, жестокой корридой и обжигающим фламенко! Разделить с вами чары и загадки солнечной Кордовы, где хозяева пользуются привычной вседозволенностью вдали от столицы, а гости взращивают зерна своих тайн! А еще говорят, здесь живут самые красивые люди в Испании!
Дерзайте, сеньоры!
Чтобы ни случилось в этом городе,
во всем можно обвинить разбойников
и списать на их поимку казенные средства.
Потому если бы разбойников в наших краях не было,
их стоило бы придумать
Имя
+++
Имя
+++
А это талисман форума - истинный мачо
бычок Дон Карлос,
горделивый искуситель тореадоров.
Он приносит удачу игрокам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Прошлое и будущее » Лучше войти в историю, чем влипнуть в нее (Малага, август 1749 года)


Лучше войти в историю, чем влипнуть в нее (Малага, август 1749 года)

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Мануэль Ортега-и-Пинеда, Энрике Феррейра Сориано
Время: август 1749 года
Место: порт Малаги
Предполагаемый сюжет: первая встреча и недоразумение, приведшее к святой уверенности сержанта Сорриано, что сеньор Ортега - очень криминальный тип.

0

2

День выдался не по сезону погожим и приятным - зной оставил пересушенную землю во власть предштормовой прохладе: солнце лизало водную гладь и корабли ласковыми лучами, которые грели, но не жгли все вокруг, с моря дул солоноватый ветер, дарующий бесценные глотки кислорода и жажду перемен. Ну, последнее, конечно, касалось не всех - только старых битых жизнью влюбленных в свободу парней, вроде экипажей кораблей и Мануэля, но речь шла именно о Мануэле, потому обобщение было допустимым.
В такие дни Эль почти жалел, что старые военные деньки позади. Загадочное существо человек: где бы он ни находился, душа тянется к потерянному. В море хотелось покоя, гасиенды с огромными библиотекой и садом, слюнявого пса и старого молчаливого слугу. Теперь, когда он получил все это и даже больше, то и дело накатывала тоска по морю, капитанскому мостику, опасности и голодным временам, когда каждый фрукт был вкуснее втройне.
Тогда казалось, что настоящая жизнь осталась тут, в Кордобе. Теперь думалось - затерялась в бескрайних океанских просторах, пьет ром с морским дьяволом под пенье русалок.
Все-то ему не по нраву. Забавно, что море и свободу он мог получить в любой момент, но не торопился этого делать. Наводило на размышления, который вряд ли пришлись бы по нраву деду. Он стал ленив? Вплелся корнями в свой комфорт и тешил себя мнимой значимостью в этом месте и в это время?
Ладно, мнимости не было ни на пиастр: он действительно делал в Кордобе больше, чем мог обычный пират - наладил работу мануфактуры, нашел способ сделать ее прибыльной. В условиях нищенского существования родины и отсутствия вариантов развития это было ценно, ценнее одного разграбленного британского галеона, да даже десятка. Это не мешало мечтать о дальнем походе. Особенно тогда, когда дела в контраст с окружением очень неприятны. Должников Мануэль не любил.
Не так - он не любил проклятых лентяев, которые пытались жить за чужой счет, мухлевали и перекладывали вину на чужие плечи. Обычно Ортега не связывался с чужими капитанами - красотки Марии хватало для его торговых нужд. Но иногда приходилось, когда не хотелось терять срочный заказ. Это было чревато.
- Вор! Проклятый пират! - надрывался уже почти час капитан Васкес, призывая в свидетели служку, портового работника и благодарных зевак, а так же пассажиров. - На нас напали пираты! Они знали, что мы везем!
- На этот случай в договоре есть пункты о компенсации. Вы знали о рисках, сеньор Васкес.
- Вы шарлатан! - завелся с новой силой Васкес.
Иногда это срабатывало. Мануэль знал - портовые работники, решающие спорные вопросы, скорее встанут на сторону капитана. Вопрос лишь в том, что с Элем предпочитали не связываться, только поэтому спор все еще шел своим чередом.
- Вы натравили на нас своих дружков! Проклятый пиратишко! Вы знали наш курс, и натравили на меня своих псов. А теперь еще и хотите получить деньги?
Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Эль потер шею ладонью и покачал головой. В скучающем выражении лица не изменилось разом ничего - его так часто обвиняли во всех грехах, что это не злило. Эль снял шляпу и обмахнулся ей, вытащил из кармана свиток и протянул писарю.
- Договор, - коротко прокомментировал Эль. - Здесь условия. И печать сеньора Васкеса.
- Но если вы играли нечестно, сеньор, - залебезил писарь.
И вот теперь Эль почти разозлился.
- У серьора Васкеса есть доказательства моей вины? Я с радостью послушал бы их, учитывая, что мой единственный друг - это моя собака. А она вряд ли пришла ночью и своровала у сеньора Васкеса мой товар.
Капитан, как учуявшая слабость псина, тут же вцепился в брошенную ему кость. Он широким жестом обвел площадь и выкрикнул громко:
- Вот мои доказательства. Мои друзья. Мои братья по морю. И мои пассажиры. Сеньора, - окликнул он миловидную девушку, только сошедшую с трапа и уже чирикающую с миловидным кабальеро. - Сеньора, призываю вас в свидетели преступления этого кабальеро. Вы были со мной всю дорогу, сеньора. Нападали ли на нас пираты?

Отредактировано Мануэль Ортега-и-Пинеда (2015-06-20 23:23:43)

+2

3

Погода была поистине прекрасная. Не очень жарко, с моря дул приятный ветерок, солнце было щадящим, горожане даже повылазили из-под многочисленных навесов и огромных пол своих шляп. Дамы, впрочем, все равно следили за белизной своей кожи, скрываясь под изящными зонтиками.
Немного душно, впрочем. Но это от столпотворения еще.
Феррейра уже заметно устал за утро, он ждал прихода этого навио-скорохода еще на рассвете. Сержант сперва долго добирался от Кордобы до Малаги, трясся в экипаже, приехал вчера вечером, но уже успел отоспаться в местной гостинице, теперь разве что для проформы зевал в кулак, так как корабль ощутимо запаздывал. Нет, конечно, в море всякое бывает, но сезон тихий, бури еще не начались, расстояние не большое.
Разве что пиратов опасаться.
Но небольшой скоростной корабль редко везет серьезный запас грузов и ценностей, больше почту, спешащих чиновников и прочих важных пассажиров.
И вот, белопарусный навио показался на горизонте, в порту возникла легкая суета, которую Энрике предпочел переждать под навесами ближайшего кабака.
Через пару часов, когда пассажиры начали сходить на берег, а слуги перетаскивали их вещи в повозки и кареты, сержант уже стоял около сходней и выглядывал в реденькой толпе свою невесту.
Юная Анхелика ездила к дяде в гости, и теперь возвращалась домой, задерживаясь на несколько дней здесь, чтобы перевести дыхание после трудного плавания в имении одной из своей многочисленных старших сестер. Как раз недалеко от Малаги. Свежий морской воздух так полезен нежным девам.
Конечно же, ехала она не одна, а с несколькими слугами своего отца и пожилой дуэньей, которая крайне бдительно присматривала за своей юной воспитанницей. Так что ничего кроме пары светских встреч при свидетелях Энрике не грозило. И он мог рассыпаться в комплементах перед юной дочкой дона Джуано и ее старой дуэньей хоть весь день напролет.
Что ж, ничего страшного.
Не сказать, что они с Анхеликой были хорошо знакомы. Легкости в беседах это не прибавляло, хотя каждый отлично знал свою роль. Анхелика – девицы с хорошим приданным, а Энрике – не очень-то обеспеченного идальго с неплохой родословной. Кхе.
Приходилось брать обаянием, так как девушка определенно знала себе цену.
И вот он тут весь такой обаятельный и галантный! Прекрасный свеже оформленный сержант Феррейра из занюханного городка на окраине ойкумены… Ни разу не кабальеро из Мадрида. Но вполне себе партия! Иначе бы мудрый дон Джуано сразу отверг предложение о помолвке с его прелестной дочуркой.
Впрочем, если через год-другой молодой идальго все еще останется в текущем своем статусе, не видать ему этого персика, как своих ушей. Выскочит замуж, только ее и видали. Еще бы, юной сеньорите уже целых пятнадцать! Куда еще ждать-то!
На сержанте был светлый нарядный камзол с изысканным шитьем и кюлоты в тон, белоснежная дорогущая рубашка, аккуратная прическа. Шляпу он держал в руках в знак расположения к даме.
Встретив двух «красавиц»: юную и пожилую, Энрике докладывал им в своей несколько солдатской манере о глубине своей радости от встречи, расшаркивался и расспрашивал о том, как прошло путешествие. Сеньорита и сеньора обе были в изящных нарядах: только на юной деве было светлое, ажурное, нежных цветов платье, а на пожилой – скромное и темное одеяние.
Почва для разговора была благодатная – оказалось, путешествие прошло вовсе не гладко. Дуэнья эмоционально бурчала и качала головой, а Анхелика вздыхала и сетовала на те страхи и опасности, что ей пришлось пережить.
Энрике хмурил брови и выспрашивал подробности, хорохорясь и сетуя, что его не было с ними на корабле, чтобы защитить свою юную невесту.
Пока слуги переносили багаж, молодые люди обсуждали приключение в море, дуэнья следила за нравственностью, а капитан судна затевал на причале грандиозную склоку. Все при деле.
Вскоре возмущенные крики сеньора Васкеса стали такими громкими, что не получалось общаться рядом на посторонние темы и игнорировать эти вопли, к тому же, невеста Энрике тоже была вовлечена в неприятности, которым подвергся несчастный капитан. Надо приобщиться, послушать. Все-таки он сержант, вдруг дело и правда нечисто! Как раз можно распушить хвост перед юной красоткой, блеснуть эполетами. Почему нет?
Суть ругани сводилась как раз к тому, что капитан обвинял некоего сеньора (видимо, другого капитана, заказчика перевозок) в передаче информации о маршруте навио пиратам. Обвинение не ново, впрочем.
Пожалуй, Энрике бы даже не вмешался, так, послушал, максимум утихомирил бы разошедшихся сеньоров властным стражницким гласом, да развел их по углам.
Но тут проклятый Васкес в своем споре имел наглость апеллировать к его невесте. Нечего юным девушкам делать в спорах сеньоров, так что Энрике прикрыл ее своим плечом, осторожно укрывая от назревающего скандала.
- Сеньорите не подобает общаться с незнакомыми мужчинами, - светски заметил Феррейра, грозно улыбнувшись. – Впрочем, эта милая сеньора с радостью ответит на Ваши вопросы.
Дуэнья и правда была полна эмоций и негодования, так что выложила все хоть и немного сбивчиво, но довольно полно.
Пираты действительно нападали на их корабль, вынесли часть скромных товаров, поглумились над недалеким капитаном, но никого обижать не стали, даже у гостей драгоценности и багаж не отобрали. Возможно, это и правда был заказ на что-то конкретное. Возможно, разбойники и правда действовали по наводке. И все-таки капитан как-то очень уж зациклился в своих обвинениях.
Либо просто плут, либо у него есть еще какие-то доказательства.
Пока крики не поднялись на новый уровень, Феррейра решил проявить свои сержантские таланты (а заодно и покрасоваться перед невестой, куда ж без этого).
- Сеньоры, - строго сказал он, осмотрев всех присутствующих. – Я полагаю, у нас тут серьезное дело. Чтобы не дошло до драки, прошу вас обоих пройти со мной, как с представителем стражи. Разберемся, есть ли основания у таких обвинений. Сеньор Васкес. Сеньор… Ортега, - с подсказки стоящего рядом матроса проговорил сурово Энрике. – Пройдемте!
Сержант повернулся кратко к своей молодой спутнице, галантно и слегка драматично извинился, что долг зовет, проинструктировал дуэнью, где они смогут переждать полуденный зной, и пообещал, что скоро присоединится к ним и устроит им небольшую экскурсию по особо живописным окрестностям.
- А пока что отдыхайте после такого опасного и утомительного путешествия, моя дорогая, - нежно улыбнулся он, склоняясь к Анхелике и целуя тонкую девичью ручку.
Зыркнув на обоих капитанов, удостоверившись, что они следуют за ним, Феррейра провел их в стражницкие помещения у порта – такие есть в каждом городе, и пожалуй, они везде одинаковы. Казенные, безыскусные, пропеченные солнцем дома, с выцветшими ставнями.
Представившись местному лейтенанту и попросив комнату для общения с жалобщиком и подозреваемым, Феррейра легко получил доступ в нужное помещение, куда и провел обоих мужчин.
Усадив их на не особо удобные стулья, Энрике сел боком за стол, взяв кипу листов и перо. Кажется то, что дело принимало несколько официальный вид, заставляло сеньора Васкеса нервничать. Второй же больше потешался. Странный тип.
- Итак, сеньор Васкес, учитывая, что пассажиры подтвердили факт нападения на Вас пиратов и подробно все описали, у Вас есть какие-то конкретные причины полагать, что сеньор… Ортега является виновником и соучастником этого нападения? – немного занудно, но жестко начал Энрике расспрашивать Васкеса, рассматривая внимательно обоих капитанов, стараясь получить о них более полное впечатление.

Отредактировано Энрике Феррейра Сориано (2015-06-21 22:00:18)

+2

4

Иногда Мнуэлю начинало казаться, что где-то в Испании открыли учебное заведение для нечистых на руку дельцов. Богатая фантазия даже рисовала, как это могло бы выглядеть: обшарпанное здание заброшенной церкви, в катакомбах которой устроены лектории, вход по паролю, библиотека с единственной книгой - пособием для начинающей наложницы (с иллюстрациями, так что кого волнует, что она на иврите?), учителя с печатью неудачных сделок на помятых и пропитых лицах - не иначе. Где еще могут выпускать поющих одну и ту же песнь недалеких дельцов?
Эль не мог понять апелляции к пассажирам? Что именно те могли рассказать? Ну, да, леди может заломить руки и разрыдаться, вызывая сострадание у зевак. Мужики могли грозно ругаться и хвастаться тем, как помогали отражать атаку. И что это решало? Ни к грузу, ни к пиратам это не имело отношения. Эль раз пятнадцать на своем веку участвовал в разбирательствах мошенников-капитанов и пострадавших купцов, и ни разу ни один пассажир не обнаглел настолько, чтобы сказать - мол, де, да! Так де, ваша светлость, дело и было - ворвались, значит-ся, пираты-то, и давай орать - мол, де, уважаемый гражданин нехороший... как де, там, гражданина звать-величать? Да, вот именно так и сказали. Мол, де, этот гражданин нас прислал, сказал, груз мой заберете, мне привезете, а я с капитана-то мзду соберу, да с вами поделюсь.
Жаль, кстати, Эль такому отсыпал бы златых - любил наглецов, что тут сделаешь.
Но нет, все показательские свидетельства сводились к одному - были, ваша светлость, пираты. Или не пираты. Или буканьеры, браконьеры, британский флот, или кавалерия. А черт их разберет, ваша светлость, сами мы не местные, в трюме сидели, пока стреляли.
Никакого разнообразия. Эль уже ждал очередной женской истерики с признаниями, как ровное привычное течение дела нарушило вмешательство представительного молодого (ну, как молодого...) человека. Жених? Юный (ну, как юный...) муж? Брат?
Для брата слишком печется о приличиях. Для мужа - слишком старателен. Эль усмехнулся, выслушивая сбивчивые речи почтенной дуэньи. Воспитанница, девица-красавица, не выглядела испуганной. А сама сказочка про белого быка была вилами по воде писана. Страшные пираты напали на быстроходный навио - корабль, догнать который мог бы далеко не каждый корабль. Капитана не тронули. Корабль, которых мало не на службе Испании, не угнали. Девиц из благородных семей не тронули, не изнасиловали никого, драгоценности не взяли. Веселые пираты. Что-то в мире за последние годы явно поменялось.
Ах, нет же, совсем ничего - даже изображать настоящую пиратскую атаку не научились.
Эль слушал молча, лишь изредка кидаясь в дуэнью вопросами - а велик ли был кораблик и быстроходен ли? А откуда наблюдала сама дуэнья? А не смущает ли ее ничего в рассказе?
Кажется, тетушке он понравился. Или не понравился - Эль предпочел бы второе, невелика радость стать героем снов перестарелой красотки.
О собственных годах в такие мгновения он предпочел не вспоминать. Дело, в общем-то, было настолько очевидным, что дальше спорить было не о чем. Это понимал писарь, по вопросам проследивший мысль Эля. Наверное, и сам капитан. Последний вцепился в желание молодца покрасоваться перед своей дамой, как утопающий в соломинку. Элю это было не нужно.
Но день был безнадежно испорчен. А сеньор стражник так очарователен с распушенными перьями, горящими глазами и жаждой деятельности... к тому же - вполне во вкусе Эля. Только поэтому тот откликнулся с гнусной усмешкой:
- Ну, если только чтоб не дошло до драки.
Он смерил красноречивым взглядом одутловатого задыхающегося оппонента, представил, как это выглядело бы. Стало совсем смешно. Наверное, они катались бы в грязи. Ладно, Эль катал бы этот шарик, только зачем? Он не избивал слабаков - силы тратить, руки марать.
Несмотря на то, что они с Васкесом были без малого ровесниками, Эль куда лучше сохранился - физический труд и отсутствие толпы прихлебателей, привычка тренироваться по три часа в день чертовски красят кабальеро. Равно как и скромность, конечно.
Отвесив галантный поклон по французской моде прелестной подружке сеньора стражника, Эль послал ей показательный воздушный поцелуй и даже подмигнул, стараясь, чтобы знаки внимания не остались вне поля зрения радетеля - это ведь действительно весело - дергать хищника за усы - и пошел куда сказали. Уже там, устроившись у стены и проигнорировав предложение садиться, Эль нагло ухмыльнулся и уставился на стражника.
Забывший представиться, тот разошелся - стал задавать вопросы. Серьезный такой. Суровый. Эль сдержал смешок и вставил свои пять копеек в вопрос безымянного сеньора:
- Описали бездарную сдачу корабля, вы хотели сказать, сеньор... простите, я не расслышал, как ваша фамилия. А, вы же не представились. Так вот, мне кажется, я так и слышу ваше недоумение - какое же пиратское корыто в наших морях сравнится в скорости с быстроходным навио? Не пора ли бить тревогу, сеньоры и сеньориты? - добавляя в голос трагизма, выдохнул Эль и приложил руку к сердцу, - ах, я перебил вас. Простите, морской дьявол попутал. Продолжайте, продолжайте, вы же у нас услада глаз и страж, не побоюсь этого слова, порядка!

Отредактировано Мануэль Ортега-и-Пинеда (2015-06-22 23:27:22)

+2

5

Энрике не забыл, как Ортега самым гнусным образом оказывал похабные знаки внимания его невесте. Не сказать, что из-за этого восприятие сержанта стало предвзятым, вовсе нет. Красная пелена перед глазами – это же нисколько не влияет на трезвость рассудка. Ну, разве что самую малость. И вообще, не считается, прошло довольно быстро.
Причем, судя по наглому поведению и ухмылкам капитана, тот делал все это не просто так, а нарочно, чтобы испортить репутацию молодой леди и настроение сержанту. Вот же чертов старикашка!
- На корабле была предусмотрена охрана? Сколько человек?.. – постаравшись, чтобы голос звучал холодно, проговорил Энрике. Когда его попросили повторно представиться, сержант поднял брови вопросительно. Впрочем, что с пожилых людей взять, слух уже давно не слава Богу, они могли и не услышать, как он представлялся при них местному лейтенанту. Или этот… Ортега просто издевается? Точно рыльце в пушку. Кто ж просто так над стражей издевается? В своем уме-то!
- Энрике Феррейра, виконт Сориано, сержант стражи города Кордобы, к Вашим услугам, сеньоры, - постарался он сказать четче и громче, мало ли, мало ли.
Впрочем, насчет недоумения касательно скорости пиратского корыта чертов Ортега был прав, сержант недобро прищурился Ортеге в ответ на его театральные ремарки, но профессионализм взял свое, и Энрике обратился к Васкесу:
- Какого класса было догнавшее Вас судно? Вы шли полным ходом? Как вышло, что Вас догнали? Я не видел повреждений у навио. В чем тут может быть дело, не объясните? – сухо уточнил он. В появление скороходного судна неизвестного класса он не верил, скорее уж, если Васкес не врет, напал на них такой же точно корабль, только с более ловкой командой. Вряд ли у этого человека много опыта морских погонь. Сам Энрике был насквозь сухопутным, так что полной информации по данному вопросу не имел, поставил себе заметку на будущее – уточнить у местных портовых стражников, не было ли похожих случаев нападения. А если и были – так может и причины ясны, там глядишь, все само и разрешится. В любом случае, дело стоит передать им, если это самое дело не развалится прямо у Энрике в руках.
Очень уж нагло ведет себя Ортега. Очень уж уверен в себе, видимо, у него тут уже все схвачено! Экий плут!
Васкес тоже походил на обычного трусоватого жулика – маслянистый такой тип, словно на него подпиленная олива в детстве упала, чтоб его.
- Так у корабля-то руль был поврежден! Это ясно стало, только когда мы хорошую скорость набрали – порт уже далеко был, так что возвращаться не стали, и в итоге еле доплыли до Малаги! Приходилось курс постоянно поправлять, и маневры наши ну совсем никуда не годились! Вот пираты нас и догнали! Хотя суденышко у них не чета нашему! Этот все знал! Все подстроил! – возмущено выпалил Васкес, вновь обвиняющее уставившись на капитана Ортегу, сержант уставился туда же, исключительно за компанию. Повреждение руля легко доказать, только вот повесить эту подлянку на кого-то будет сложнее. Но все-таки дело перестанет быть банальным делом о клевете и растрате.
И станет делом о порче имущества… ну просто восторг. Определенно, сержант немного разберется, запишет показания этих стариков и сдаст дело местным. Пока не углубился. А то невеста заскучает там в городе без него, пока он тут во всем этом копается… Ведь это даже не его город! Начальство все равно трудов не оценит.
- Сеньор Ортега. У Вас есть что на это сказать? Сказать, а не показать глазами или бровями. Или что Вы там делаете со своим лицом?.. – неодобрительно поинтересовался Энрике, уставший уже от богатой мимики грубияна.

Отредактировано Энрике Феррейра Сориано (2015-06-27 21:35:53)

+2

6

Росказни были все веселее и веселее. Эль старался сдерживать ехидство, но получалось с трудом. День хорошел. Теперь Эль мог счесть его прекрасным. Сеньор Феррейра был чертовски хорош в праведном гневе, возмущении - ах, молодость, молодость, есть на что полюбоваться, есть чем задеть. Капитан, почуявший слабину в вопросе, растопырился, как воробей в брачную пору, и теперь заливался соловьем. Он, если честно, портил прекрасную беседу, но Эль прощал - без этого кретина и с сеньором Феррейрой болтовни не сложилось бы.
- Есть, но не много, сеньор Феррейра, - снова ухмыльнулся Эль.
Он едва сдержался, чтобы не выдать парочку ехидных комментариев о своей живой мимике и о том, что его брови возмущены тем, что их лишают права слова. Задевать стража было весело. Бесить - не с руки. Все-таки власть имущие - существа ранимые. Ладно, если вызовет на дуэль, а ну как присудит кретину-капитану техническую победу.
- Пункт пятый третьего раздела договора. Согласно нему сеньор Васкес должен мне больше, чем я думал.
Над Элем часто смеялись местные дельцы. Наученный прохиндеями из "Вест-Индской компании", он включал в соглашения о торговых операциях такие пункты, которые никогда не рассматривались по эту сторону океана. Например, протоколировал россказни об идеальном техническом состоянии корабля. Послушать каждого местного перевозчика, так все их развалюхи только сошли с верфей. А доходит до разборок с потонувшим грузом - а что вы хотели, кораблик-то был старый, знали, на что идете. Эль платил щедро - даже переплачивал капитанам, включая в договор обязательный пункт о техническом осмотре перед отплытием - это позволяло разрешать споры, вроде сегодняшнего. Обычно эта перестраховка не давала никаких плодов... а, ладно, обычно он и не связывался с другими капитанами, так что говорить в общем было глупо.
Если расшифровать подписанный ими договор, сеньор Васкес третьим разделом подтверждал, что его судно находится в пригодном для транспортировки товара состоянии и таковым останется, за чем проследит лично сеньор Васкес. Этот пункт увеличивал сумму контракта на треть.
- Если, как утверждает сеньор Васкес, руль был неисправен, у меня есть еще несколько претензий к сему славному торговцу. А сумма моих взысканий увеличивается в полтора раза.
От такой наглости Васкеса порвало. К обвинениям добавились грабежи, дочери шлюх, трахнутые Элем матросня и почему-то собаки - любо-дорого послушать. Эль не любил терять деньги, но после такого представления готов был и пережить символические потери. Увы, символическими порванные связи и нарушенный договор продажи нельзя было назвать. Впрочем, отрицать мужеложество, скотоложество и прочие грехи Эль не торопился - зачем?
Стряхнув с лица сурово-скучающее выражение, с которым перечислял все, что имеет сказать, Эль размял плечи и с ухмылкой закончил:
- А если уважаемый страж позволит мне задать вопрос, я бы хотел спросить у сеньора Васкеса - какие повреждения руля становятся "вдруг" заметны? Неужели по выходу из порта рулевой не поднял тревогу? Конечно, мой опыт управления кораблем не настолько велик и значим, как тот, который заявлял за собой сеньор Васкес, когда дрался за мой заказ с почтенными сеньорами... но у меня вызывает сомнение поломка, позволяющая гладко маневрировать по выходу из порта, но мешающая удирать по прямой от корабля. А если по выходу из порта руль был в порядке - как я мог его сломать? Может, я все это время прятался в его трюме?
Улыбка Эля стала шире и нежнее. Строить из себя идиота было так же весело, как дразнить юного сеньора Феррейру.

Отредактировано Мануэль Ортега-и-Пинеда (2015-07-04 18:38:06)

+2

7

Сержант потер переносицу, быстро устав от этих криков и взаимных обвинений. Если сперва Васкес что-то требовал от Отреги, то теперь Ортега пытался получить с Васкеса еще больше денег за порчу судна.
- …Сильный правый галс был! Идиот! Мошенник! Да с тобой теперь ни один капитан дел иметь не будет! Уж я об этом позабочусь! – продолжал выплевывать оскорбления толстяк.
- Хватит! - остановил эту перепалку Феррейра поставленным сержантским голосом. Что ж, дебоширов с улицы он убрал – сделал свое стражническое дело. Можно и честь знать, пока его тут не завалили договорами и взаимными упреками с ног до головы.
- Сеньор Ортега, сеньор Васкес, я выделю вам двух гвардейцев, которые сопроводят вас к судье, предоставите ему имеющийся у вас набор документов. Судья разберется и порешит, кто из вас кому и что будет платить. Гвардейцы вам – чтобы не устраивали больше публичных склок… вроде бы уже солидные сеньоры, а такой стыд на людях творите, - дернул презрительно бровью Энрике, поднимаясь из-за стола.
Разбираться, кто тут прав, а кто мошенник – дело трудное, с ходу, не прочитав все эти документы и не собрав показаний матросни, решать его не стоило. Куда ему до судейских крючкотворов!..
- На этом все, - он осмотрел обоих капитанов, которые вроде бы успокоились. Выждав минуту, он уже помягче добавил: – Ну как? Обойдемся без гвардейцев? Вы будете в состоянии самостоятельно принести бумаги, подтверждающие ваши крайне... кхм… многочисленные слова, в суд? Или все-таки страже стоит сопровождать вас до вашего дома и обратно?
Оставалось надеяться, что такое публичное мероприятие и перспектива знатной пощечины по репутации остановит капитанов от продолжения склок. Хотя репутации Ортеги, судя по всему, уже терять нечего. Вряд ли у Васкеса с таким-то характером репутация лучше. И зачем его такого наняли вообще? Через третьи руки, не глядя, что ли? Мутная история. С трупами и бандитами возиться как-то проще.
Вот еще буквально полчаса, и он уже сможет завершить это мероприятие, в которое по дурости влип. И даже сможет провести время с юной Анхеликой. Ах, прекрасный нежный персик! Не то что эти два пожилых кадра…
Сержант поднялся из-за стола, надеясь, что замолчавшие ненадолго капитаны все-таки образумятся, и больше не будут орать друг на друга. А то одолжить гвардейцев у местных стражей вряд ли будет сложно, Феррейра умеет быть убедительным. Уж для благого дела щелкания по носам богатеям любой страж готов расстараться.

+1

8

Конфликты напоминали Элю кинутый с горы снежный ком: начинались одинаково, и разрушений приносили в равной мере. Кто-то один поднимал вопрос: кидал снежок по пологому склону в сторону от жилых пунктов, чтоб наверняка безопасно. На него нарастало серебра недомолвок, личных интересов, человеческой природы, и чем дальше, тем тяжелее становился шарик. А затем что-то шло не так, менялась траектория, и на пустом изначально пути вставали смятые люди, раздавленные обстоятельства, порушенные дома и семьи - здесь ведь как повезет.
Эль на Фатум не жаловался: не любовникам смерти сетовать на свою судьбину.
Вот и сейчас, несмотря на активные попытки сеньора Феррейры сдвинуть снежный ком с проторенного пути, явление не успело перерасти в катастрофу. Конечно, вмешательство юного стража позволило кому прокатиться дальше, чем планировал Эль, поднимая вопрос, но на пути-то стоял не Эль, так что не страшно.
Так случается с теми, у кого защитник - истина. Долгие годы в южных морях подтачивали фундамент уверенности в системе, но в шестидесяти случаях из ста правый все равно оказывался на коне. И даже не всегда - заплатив за коня тройную цену. Здесь, в голодной родине, где каждый дублон был весом, мало кто баловал чинуш взятками: если и приходило в голову, сиюминутная жадность не давала. Были, конечно, энтузиасты, но оппонент к ним не относился, поэтому Эль окончательно расслабился и наблюдал за тем, как закапывает себя все глубже капитан.
Он уже чувствовал, как звенят в кошельке дублоны, как приятно шелестят соглашения о решении финансовой претензии в руках... ан нет.
В суд? Настроение Эля рыбкой нырнуло на ледяные глубины. Суды он не любил с незапамятных времен: сам от них так и не пострадал несмотря на все старания недоброжелателей, зато на корабле его нашла приют парочка беглых рабов. Именно от них - проданных монархами и отечеством европейцев, Эль и знал о чуждой системе слишком много неприятного. В его сегодняшних планах не было пункта: стоять перед каким-нибудь зажравшимся боровом, который имеет еще более мутное представление о происходящем, чем сеньор Феррейра, и ждать, чья рожа больше понравится.
Хотя бы потому, что его собственная в этой проклятой стране вообще мало кому нравилась. Чаша весов заранее склонялась к капитану.
Тот был не в курсе особенности Эля, видимо поэтому и пребывал в таком же священном унынии от поворота разговора - считал так же, как и оппонент.
Ком обогнул все возможные препятсткия и с размаху плюхнулся прямиком на голову нанимателя и нанятого.
Вот и позабавились с милым мальчиком, Эль. Твоя любовь к милым юнцам рано или поздно доведет до железной девы. Ее правда применяют, или как? Тьфу ты, пропасть, самое время думать о дарах святой Конгрегации.
Эль вздохнул и уже без доли иронии, деловым тоном, которым предпочитал общаться со стражей, сообщил:
- Благодарю, сержант. Не нужно сопровождения. Мы дойдем самостоятельно и более не нарушим покоя почтенных горожан.
Судя по тому, как часто закивал капитан, ему тоже не улыбалась мысль предстать перед лицом судьи под руки со стражниками. Что ж, в одном вопросе солидарность достигнута, и то хорошо. Жаль, только в одном. Отступаться даже ради того, чтобы не представать перед лицом властьимеющего самодура, Эль не хотел: все еще предпочитал верить в правду.
Вполне вероятно - зря, но как жить в этом мире, если даже... а, ладно.
Дальше никаких заминок и накладок не было. Эль, как положено законопослушному гражданину, честно вышел и направился в сторону здания, где располагался суд. Притихший капитан шел рядом с ним. Ровно до того момента, как сеньор Феррейра скрылся из виду. Сразу после этого оба, не сговариваясь, завернули в ближайший переулок.
Ничто так не облегчает понимание, как общая беда. Через пять минут сумма компенсация была обсуждена и принята обоими. Через десять - Эль уже шел к своему коню. Кошелек тяжело бил по бедру, а за спиной всем желающим в порту капитан Васкес рассказывал про хапугу-пирата, все-таки ограбившего старого больного дельца.
Но это уже совсем другая история.

Fin.

Отредактировано Мануэль Ортега-и-Пинеда (2015-07-30 16:05:52)

+1


Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Прошлое и будущее » Лучше войти в историю, чем влипнуть в нее (Малага, август 1749 года)