Кровь и кастаньеты

Объявление

Мои благочестивые сеньоры!
Я зову вас в век изысканного флирта, кровавых революций, знаменитых авантюристов, опасных связей и чувственных прихотей… Позвольте мне украсть вас у ваших дел и увлечь в мою жаркую Андалузию! Позвольте мне соблазнить вас здешним отменным хересом, жестокой корридой и обжигающим фламенко! Разделить с вами чары и загадки солнечной Кордовы, где хозяева пользуются привычной вседозволенностью вдали от столицы, а гости взращивают зерна своих тайн! А еще говорят, здесь живут самые красивые люди в Испании!
Дерзайте, сеньоры!
Чтобы ни случилось в этом городе,
во всем можно обвинить разбойников
и списать на их поимку казенные средства.
Потому если бы разбойников в наших краях не было,
их стоило бы придумать
Имя
+++
Имя
+++
А это талисман форума - истинный мачо
бычок Дон Карлос,
горделивый искуситель тореадоров.
Он приносит удачу игрокам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Настоящее » Поместье Джустиниани: «Дом, милый дом...» (13 марта 1750)


Поместье Джустиниани: «Дом, милый дом...» (13 марта 1750)

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники: Аурелиано Джустиниани, Константино Малатеста, Рафаэль Альтамира, Сантьяго Агирре
Время: начало вечера
Место: Поместье Джустиниани
Предполагаемый сюжет: Каскадное первое знакомство - графа Аурелиано с поместьем, мессира Малатеста с графом, господ Рафаэля и Сантьяго - со всей этой бесовской вотчиной сразу.

Отредактировано Аурелиано Джустиниани (2015-01-25 15:25:24)

0

2

Предки Джустиниани были прежде всего воинами — и потому, когда пришла пора строить родовое гнездо, изначально подходили к постройке с точки зрения стратегии и тактики. «А выдержит ли осаду?», «А если вдруг врагов ну очень много?», «А вдруг атака внезапная?» - и прочие сопутствующие вопросы были основополагающими для тех, кто закладывал в это монументальное строение первые камни.

С той древней поры, поместье конечно же не раз перестраивалось, улучшалось, облагораживалось, вбирало в себя дополнительные пристройки и обрастало внешним и внутренним интерьером. Однако никто не называл бы это здание воздушным и изящным — первым делом в голову все-таки приходила фраза «Хрен пробьешь», а уже потом можно было восхищаться суровой красотой каменных плит, благородно темным деревом внешней обшивки, остротой шпилей и мрачной надменностью статуй.

Право, если бы поместья имели иной, людской облик, то это было бы старым воином отменной закалки, недоверчиво взирающим на чужаков и всегда готовым принять удар на камень и черный металл кованных украшений. И все же, оно было красивым — просто своей, грозной и далекой от суетливой легкомысленности харизмой.

Поместье Аурелиано понравилось с первого взгляда — да что там, не ждавший от «отчего дома» ничего хорошего, юноша влюбился в него с первого взгляда. И все лишние мысли, навеянные долгой дорогой, растаяли будто слабый дым от костра под порывом морского ветра — сюда стоило приехать хотя бы ради того, чтобы это принадлежало ему!...

...следующие сутки, молодой граф бегал. Бегал, и осознавал, что наставник был совершенно не прав, когда утверждал, что голова, это просто кость. Кости так сильно не ноют при попытке впихнуть в себя обилие информации! Слуги, непонятные отчеты о Бог знает чем, которые лились сплошным мутным потоком, жалобы друг на друга, требования срочно куда-то ехать и что-то решать — и главное, всем надо было дать денег. Уже к позднему утру это слово буквально крошилось на то и дело стискиваемых молодым рыцарем зубах, посему, когда Аурелиано доложили, что «а еще у нас труп!», бедный граф схватился за голову и отчаянно уточнил — неужели бренные останки тоже пришли за какими-то долгами?!..

В любом случае, у каждого человека есть предел, после которого новости воспринимаются уже как-то значительно спокойнее, чем могли бы. И если раньше от такого счастливого сообщения Лелео бы ошалел, то ныне молодой граф лишь обескураженно приказал «Переложите его в гостинную и попросите подождать!... Он воняет? Переложите в сарай и попросите подождать! И никому ни слова об этом, ясно вам?!». Ну право — труп он вроде как вот уже, а какие-то наглые кредиторы самым неблагородным образом свели вчера двух коней из его (!) графской конюшни, вроде как в счет долгов!

Вскочивший на коня Аурелиано был в этот миг далек отправедных мыслей разрешения конфликта ласково и по-христиански — но мысль набить морду по-рыцарски многие его орденские друзья бы поняли всем сердцем.

Вернулся с первой своей разгребательной миссии хозяин поместья уже знатно после обеда, хмурый и только чуть менее ошалелый, чем ускакал. С первого взгляда можно было понять, что поездка если и была успешной, то лишь частично — торчащая дыбом челка и условно-боевая царапина на скуле не дарили Аурелиано облика победоносца. Оставив коня на попечение слуги, затопал в темный холл и с отразившейся на тронутом пылью лице тоской осмотрел интерьер.

- Каждоему по делам его... Но меня-то за что, Господи?.. - Негромко, зато как подсердечно вырвалось у юноши.

+1

3

Вот она, проницательность умноженная на многолетий опыт — судя по тому, как резко развернулся к источнику голоса молодой хозяин дома, Константино удалось весьма метко предугадать чувства, которые посетят юношу при звуке незнакомого голоса в полумраке просторного холла.

Явно же не ожидал, что будет услышан — да и то, что будет увиден кем-то, тоже не ожидал. Что кстати, с первых мгновений давало понять привыкшему отмечать детали разуму, что юноша привык к зданиям значительно меньшего формата, чем поместье. Чему-то, что легко можно было охватить взглядом с порога и убедиться, что тени таящиеся по углам, всего лишь порождение сочетания интерьера и факельного пламени.

Но к чести молодого графа, если он и подпрыгнул, то лишь ввиду необходимости резкого разворота к незнакомцу, и на юном, открытом лице не отразилось и тени страха — а вот наставники  него были хорошие, гоняли нещадно небось, ведь только этим и можно было обьяснить вбитый намертво рефлекс схватиться за рукоять шпаги прежде, чем встретиться взглядом с кем-то. Щенок благородной крови, без сомнения — не успев испытать даже замешательства, уже был готов к нападению. Удачно явно, что к нему не подошли со спины и вплотную, точно бы сперва рефлекторно треснул. Хотя, пожелай Константино убить его — точно прохлопал бы этими по-девичьи густыми ресницами подготовленный удар из темноты.

- О... - Вот и замешательство — светлый взгляд юноши скользнул вверх и вниз по фигуре заговорившего, и граф Джустиниани слегка приопустил было напрягшиеся плечи. - Я безусловно, не был намерен выражать сомнения в Его мудрости, это было просто... случайно вырвавшейся фразой.

«Молодец, Лелео, хорошо начал — теперь добавь еще, что ты очень сожалеешь, и попроси прощения! И покраснеть не забудь! А потом чепец на голову и форменная сестра милосердия получится, а не граф... хозяин дома! Вот да, кстати!»

- Кхм. Вы весьма осведомлены, синьор. Мое имя действительно Аурелиано Джустиниани. Не позволите ли мне узнать, с кем я имею честь вести беседу? - Чуть более собравшись, ровнее спросил сероглазый юноша, глядя на незнакомца.

Следом он по всей видимости сообразил, что зачем-то продолжает сжимать крепко рукоять шпаги, смутился сильнее, и постарался как можно незаметнее разжать ладонь. Сделав вид что... что... эээ... ладно, просто разжав ладонь.

Отредактировано Аурелиано Джустиниани (2015-01-03 02:53:13)

0

4

Молодой граф как раз придал щедро тронутому дорожной пылью лицу должное благорасположенное и вежливое выражение, так что после того как отзвучало имя гостя, можно было смело сделать вывод — нет, совершенно не в курсе о том, какой роскошный шлейф слухов тянется за его неожиданным визитером. Благо, мимика у Аурелиано была живой и яркой, читать ее было для сведущего человека явно одним удовольствием — особеннов контрасте с тем, что этот молодой человек произносил согласно положенному этикету.

При этом как бы видно, что приличествующую аристократу «морду благородной формы кирпича» его уже научили носить, потому что юноша неплохо брал себя в руки. Но так же легко понять, что жизнь еще не успела упасть чугунной формой на это симпатичное ясноглазое лицо достаточное количество раз, чтобы подрихтовать порывистость молодости в более приличную форму.

Вон, даже было начал приветливо улыбаться уже-почти-знакомцу после представления, и тут же улыбку стерло с его лица, как на солнце нашла хмурая туча — предвестница как минимум дождя, если не грозы.

Кажется, фраза «друг вашего отца», вызвала эффект прямо противоположный желаемому — и в то же время, вполне ожидаемый, ведь вот теперь юноша одарил Константино таким взглядом, словно у мужчины вдруг разом выросли витые рога, свернулся кольцом на полу чуть позади хвост, а вместо харизматичной улыбки из-под четко вычерченных губ проявились зловещие иглы-клыки, достойные чесать подбородок без труда. Аурелиано сперва нахмурился всерьез, потом перевел брови в состояние «сдвинуты слегка и без угрозы», и лишь потом ответил явно куда сдержанее, чем было намеревался.

- Сожалею, что вам не довелось успеть попрощаться, синьор Романо.

«Видать дьявол решил прибрать его слишком быстро! Так ему и на... нет-нет, нехорошо и грешно так думать. А вдруг этот вот... и впрямь расстроен? Мда, как неудачно вышло...»

- Я сам не застал графа вживых, однако если это хоть немного утешит вас, его усыпальница в семейном склепе — если вы не знаете дороги, любой из слуг легко сопроводит вас. Попрощаться...

Начав довольно сухо, юноша смягчился под конец — хотя прекрасно ощущалось, что относится его смягчение лишь к предполагаемым чувствам самого Константино, в то время как ни единой паузы не могло услышать чуткое ухо перед скупым «граф». Юноша и думать не думал называть покойного «отцом», даже привычки для вежливой беседы такой не имел — так могли говорить о далеких родичах, которые и не родичи вовсе.

Некоторые колебания вновь коснулись его лица, и опять этот взгляд, пробежавшийся по фигуре гостя — словно этот-то настороженно вскинувший уши щенок пытался за один осмотр проникнуть в сущность Малатесты и понять, кто стоит перед ним.

- Я лишь сегодня прибыл, так что не смогу ответить за все в поместье, но... вы, конечно же, будьте моим гостем — ведь вы проделали большой путь и наверняка устали.

«А если что — точно выгоню. Прямо-таки вышвырну! Граф я тут или не граф? Мало ли как они с этим гадом... дружили! Вдруг и этот такой же? Вон как улыбается мило...Наверняка злоумышляет! Нет-нет, стоп, осади назад, Лелео! Так ты каждому будешь контраст с нечистым приписывать, кто мимо отцовского потртера без кислой рожи проходить будет. Презумпция невиновности! Знать бы еще, как ее в практике-то применять... »

- Не желаете ли присоединиться ко мне за обедом? - Сказал, и торопливо скосился в сторону окна — а то вдруг уже ужин, а он и не в курсе.

0

5

Вот опять она, эта уловимая смена позы, от подчеркнуто-вежливой, хоть и настороженной, к несколько более расслабленной — сказаное мужчиной явно пришлось по душе молодому графу, и метко подуспокоило было вскинувшуюся шерсть на загривке. Доверчивостью в прямом и ясном взгляде серых глаз конечно и не отражалась его душа, но кажется, мысленный знак «Не входить, потенциально греховен и возможно опасен!», с двери будущих покоев мессира Малатеста Аурелиано убрал.

- Отдаю должное вашей проницательности, синьор Малатеста. - Смутился он не слишком-то заметно, однако точно отметил, что его собеседник человек наблюдательный — что в равной мере и насторожило, и вызвало уважение во взгляде хозяина дома. В целом понятно почему — поверхностные болтливые гости разве будут кому по нраву? Образованный же человек с живым умом всегда будет отмечен, даже если весы отношения еще не склонились ни к негативу, ни к приязни. - Мы не были знакомы с графом Джустиниани, однако я знаю, что жизнь его была далека от праведности... Тем не менее, я плод от семени его, посему буду молиться за его душу, хоть и сугубо. В роду Джустиниани было множство ветвей достойных продолжения, и я скорблю о том, что дыхание жизни замерло в моем отце так рано — насколько я был осведомлен, это случилось еще в отрочестве.

На слова же о достойном преемничестве лишь строго кивнул, посерьезнев юношеским лицом так, что сквозь изысканную точеность черт можно было рассмотреть те лица, которые зачастую взирали с полотен здешней картинной галереи — лица воинов и лидеров, решительных и жестких. Ему безусловно не хватало многого — опыта, возраста, солидности,  закалки. Пожалуй, не хватало даже грубоватой мужественности, однако ее заменяла не менее приятная взгляду строгая красота, столь привлекательная в нынешние дни дня батальных полотен, где воины Небесных Врат снисходят в тот мир для битвы с бывшими собратьями.

Да, вот моделью он был бы неплохой.

Выслушал внимательно комментарий о качестве вина, и открыл было рот, чтобы ответить — да так и закрыл его, аккуратно, глядя на реакцию служанки. Перевел несколько раз взгляд с дрожащей женщины на гостя, и пару раз моргнул, явно пытаясь собраться с мыслями и вывести хотя бы примерную реакцию на это явление. Ну право же — раньше обычные люди вот прямо так при нем ни на кого не реагировали! Воистину, случись эта сцена несколькими минутами раньше, и Аурелиано задумался бы, стоит ли давать приют неожиданному знакомому...

Гипотетическая надпись на двери покоев тут же вернулась на место.

И все же — юноша прищурился и чуть выдвинул вперед подбородок, отвечая более строго, чем мог бы в ответ на прозвучавший, как ему показалось, укор.

- Безусловно, я приму ваш совет к сведению, синьор Малатеста, как хозяин дома заинтересованый в знакомстве с достойнейшими членами здешнего общества — однако в данный момент детальное общение и воспитание слуг не входит в мои первичные приоритеты. Полагаю, у вас достаточно опыта, чтобы хотя бы в общем приближении представить себе текущий обьем  дел. - Тряхнул он челкой. Сообразил, что она как стояла торчком, так и стоит, и попытался беглым движением ее пригладить, вежественно кивнув служанке.

И ведь любознателен и не высокомерен — точно возьмет на заметку и потом расспросит слуг на предмет «А чего это они?». И стоит только представить, сколько ему в ответ радостно нарасскажут!...

- Кхм. Рад, что вы присоединитесь. В таком случае, я отдам приказ накрывать на стол — и оставлю вас на несколько минут, ибо я провел как минимум пару часов в пути, и сейчас, полагаю, по тому как я пахну, можно определить не только масть моего коня, но и его имя... - А улыбка яркая и легкая, словно солнечный луч.

Отредактировано Аурелиано Джустиниани (2015-01-04 01:49:26)

0

6

Аурелиано окончательно озадачился этим безмолвным призывом о помощи — ну право, с таким видом уходит провожать его гостя, как будто в этом ужине ей предстоит играть роль главного блюда, и исключительно ввиду гамтрономических предпочтений мессира Малатесты! Однако он был воспитан в рамках истинного рыцаря духа, посему как мог поддержал безусловно доверившуюся ему женщину (какие бы истинные мотивы там еще не были... ), хотя бы уверенным взлядом.
...во всяком случае, Аурелиано хотелось верить, что это был уверенный взгляд. Однако себе на будущее, он постановил на всяком случае порепетировать оный перед зеркалом — смутно припоминая, что подобного опыта у него как-то и не было. Впрочем, что за беда? Вот как раз на этом случае и наверстает!

- Безусловно, синьор Малатеста, я учту ваш совет. - Ага, учтет он, как же — особо и физиономистом не надо быть, чтобы понять, что в ближайшее же время юный граф вызовет к себе бедную служанку и подвергнет ее всячески вежливым расспросам. А ведь не дурак наверняка — потом еще кого-нибудь позовет и задаст те же вопросы... Осталось только гадать, способен ли юный Джустиниани делать верные выводы из собранных сведений, а если да — то в чью пользу будут эти выводы сделаны?...

- Благодарю вас, располагайтесь как вам удобнее и до скорой встречи. - Слегка склонил голову он, как и подобает хозяину дома, что желает быть вежливым без подобострастия. После чего, быстро удалился, поднимаясь к себе в спальню.

- Эх ты... - Наткнувшись взглядом на пару сундуков, на ходу раздевающийся юноша поморщился — вещи разобрать было надо как можно скорее. Дел было ужасно много, и если оставить это на «потом», то «потома» эта настанет только через пару месяцев, как минимум — уж Аурелиано за собой эту черту знал! «Обо что я не спотыкаюсь, то пусть лежит, не мешает же...» - впрочем, осознавать, что это не совсем приличная черта характера он был способен, посему мысленно запланировал разбор личных вещей на тот поздний вечер.

Благо хоть, таких сундуков было всего два — в которые не допускались носами слуги. Остальная шушера уже была равномерно распределена по просторным покоям их старательными руками.

Что же, Аурелиано был воспитан как воин, а не капризная кокетка — омовение и облачение в свежую перемену одежды не заняло у него много времени. Повязав на чуть влажные волосы чистую серую ленту, он почти на ходу сделал запись в добытой из личного сундука книге с чистыми страницами - «Расспросить слуг о синьоре Малатеста. Почему боятся?».

После чего поспешил вниз, в столовую.

0

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Настоящее » Поместье Джустиниани: «Дом, милый дом...» (13 марта 1750)