Кровь и кастаньеты

Объявление

Мои благочестивые сеньоры!
Я зову вас в век изысканного флирта, кровавых революций, знаменитых авантюристов, опасных связей и чувственных прихотей… Позвольте мне украсть вас у ваших дел и увлечь в мою жаркую Андалузию! Позвольте мне соблазнить вас здешним отменным хересом, жестокой корридой и обжигающим фламенко! Разделить с вами чары и загадки солнечной Кордовы, где хозяева пользуются привычной вседозволенностью вдали от столицы, а гости взращивают зерна своих тайн! А еще говорят, здесь живут самые красивые люди в Испании!
Дерзайте, сеньоры!
Чтобы ни случилось в этом городе,
во всем можно обвинить разбойников
и списать на их поимку казенные средства.
Потому если бы разбойников в наших краях не было,
их стоило бы придумать
Имя
+++
Имя
+++
А это талисман форума - истинный мачо
бычок Дон Карлос,
горделивый искуситель тореадоров.
Он приносит удачу игрокам!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Настоящее » Ложь пахнет смертью (с) //Квест: Брат за брата.


Ложь пахнет смертью (с) //Квест: Брат за брата.

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

Участники: Аурелиано Джустиниани, Рафаэль Альтамира, Сантьяго Агирре,Константино Малатеста
Время: 13 марта 1750 г, ближе к вечеру
Место: поместье, ныне принадлежащее графу Аурелиано Джустиниани
Предполагаемый сюжет: трудно не почуять труп в жарком климате, даже если его заперли в темной кладовке! Находки такого рода всегда приносят с собой кричащий аромат, особенно если языки пытаются молчать.

0

2

>>>Оттуда - и сюда

Коней Рафаэль любил мощных и рослых, а любовников - гибких и выносливых. Так что под ним сейчас вытанцовывал муарово-черный Игрун, ничуть не утомленный долгим, не по-мартовски удушливым днем в разъездах. Такой же рослый и атласисто-мускулистый крепыш, гнедой с рыжеватыми подпалами, Зоррито-Лисенок, оценивающе покосил глазом на мадридца, прежде чем согласиться принять нового наездника. Рафаэль не устраивал особых проверок внезапно подкинутому помощнику, - Зорро сам по себе был проверкой, и то, как Агирре нашел с ним понимание, говорило за парня.
Как и умение промолчать, пряча вопросы, хотя далось молчание мадридцу с напряжением. Что же на самом деле стояло за лаконичными строками, за каллиграфическим почерком писца, передававшим распоряжение касательно сеньора Сантьяго графа де Агирре, отныне - первого лейтенанта городской стражи славного города Кордоба? На жертву любовной истории, каких в столице происходило изрядно, он походил мало. Ладно, всему свое время, Агирре еще успеет поведать свою повесть а вот дядюшка Энрике, дон Гонзалес, подванивал, - вполне в согласии с его прижизненными привычками, - и требовал внимания немедленно.
- В начале месяца в Кордобу приехал отдохнуть дон Энрике Гонзалес, глава кадисского предсавительства Индийской торговой палаты. Пятого числа он пропал. Сегодня... - Рафаэль усмехнулся кривой улыбкой циника, - нашелся. Уточняю: был найден. В странном виде и месте. Подробности таковы, что я не хочу полагаться на подчиненных в осмотре тела и места находки. Чем вы занимались прежде, сеньор Агирре? С убийствами, трупами дело имели? Или только с нашими чУдными придворными интриганами?
Он высказался без тени сомнения, хотя это была только догадка, что Агирре вообще имел касательство к каким бы то ни было следственным процедурам. Рафаэль порой выкладывал свои догадки совершенно безапелляционо, как факт, чтобы, если и впрямь они были фактами, создать иллюзию информированности и не дать собеседнику увиливать.
“В странном виде и месте”, - он сказал. В самом деле, если дядюшку прикончили аж неделю назад, то какого святого Сатаны ради его все еще не закопали, не скормили псам или не сплавили кусками по Гуадалькивиру? Вывод - он должен был быть найден. Однако, если так - то отчего было не выложить его как-то позаметнее, чтобы находочка оказалась на виду прежде, чем придет в основательную негодность? Или время находки тоже имело смысл? Какой?
Что такого произошло или - не произошло за дни между пятым и тринадцатым марта, отчего требовалось, чтобы покойничек явился на свет не раньше сегодня?
“Что-что”, - досадливо ответил себе Рафаэль, - “протух он, вот что.”
И следовательно, будут трудности в опознании. И следовательно…
Он досадливо сплюнул пыльный комок слюны, достал из седельной сумки небольшую фляжку и сделал глоток. Протянул фляжку спутнику.
- За ваше первое дело в Кордобе, Агирре.
.. следовательно, это может вообще быть не дон Гонзалес. А подменыш.

+3

3

Слова виконта Сантьяго выслушал внимательно, и бровью не повел, когда ему сообщили о трупе. Одно время, ему приходилось заниматься подобного рода делами, хотя на место преступления он выезжал только единожды. Но мертвых тел он не боялся. Бояться нужно живых, а труп всего лишь бренная плоть, без души.
Мороком налетело воспоминание, о котором он тщетно силился забыть уже несколько лет. Брови Агирре нахмурились, но это не помешало ему услышать и ответить на вопросы.
- С убийствами редко имел дело, но представления имею. В основном работа была с бумагами, сеньор, - ну, кто в здравом уме и, прослужив в тайном ведомстве, будет рассказывать, что там и как. Неопределенные формулировки, расплывчатые фразу. Чему графа точно научили, так это тому, что, если нужно – значит будет сделано. Как? Это его личные трудности.
- Благодарю, но нет, - вежливо отказался мужчина, от предложенной фляги. Пить на службе он себе не позволял. Да и первое дело стоило заносить в список таковых уже после решения. И чтобы не терять время, сразу перешел к вопросам, которые позволили бы ему более полно разузнать суть да дело. Ведь на данный момент, он ничего не знал ни об этом крае, ни об его жителях и их пристрастиях, в том числе и в жажде крови.
- И часто в Кордобе происходят подобные события? – в Мадриде убийства были не редкость, но вряд ли даже часть горожан успевала узнавать о них, касалось же преступление и того меньше кого. Здесь же население было меньше и слухи должны были распространяться куда быстрее. К тому же убийство человека такого положения вряд ли будет забыто быстро. – Может быть, что-то есть такого, что я должен знать о жертве?
Прямой взгляд, без тени сомнения сейчас смотрел на сеньора Альтамиру. Без намеков и подводных камней – Сантьяго спрашивал всегда по возможности прямо, или молчал.

+2

4

Во фляге Рафаэля было слабое домашнее вино, настоянное на травах, оно отдавало яблоками и орехами, освежало в жару и бодрило при усталости. Он сделал еще глоток, запивая услышанное. Бумаги, значит? Что-то в интонации - или в их нарочитом отсутствии - зацепило Альтамиру. Он попытался сообразить, что это может быть, и воспоминание пришло сразу. Молоденький капрал, еще не свыкшийся с удивительными переменами в расстояниях между предметами и ео конечностями, - и ветеран-солдат, на добрых лет двадцать старше мальчишки, с усами, уже тронутыми сединой. "Когда я буду возвращаться с насыпи, оружие должно быть вычищено и готово к осмотру."-"Иначе что, сеньор капральчик?"
Да любой солдат понимал, и ветераны - первыми из всех, что их выживание напрямую зависит от оружия и дисциплины. А куражились... потому что. Потому что сопляку было четырнадцать, чистенькому, безусому, присланному ради выслуги и будущих офицерских цацек, по протекции богатенького родича. Мог бы спокойно протирать штаны в штабной пивнушке, ничего бы не потерял...
Потерял бы. Самоуважение. Но в ту пору такими категориямии Рафаэль Альтамира и не мыслил. Он делал наощупь шаг за шагом, лишь после узнавая, шагнул твердо или на скользящий осыпью песок.

Агирре был худ, но не слаб, осанку имел твердую и прямую, в седле сидел привычно, сросшись с конем. Граф Агирре. Наверняка наследный. Эта мысль всегда подспудно возникала в Рафаэле-бастарде, при знакомстве со сверстниками из своего круга. Теперь - своего.
- Агирре. Сиятельный граф, - Альтамира повернул лошадь, чтобы смотреть на назначенца прямо. - Оговорим скользкий момент. В дальнейшем наши роли могут измениться самым различным образом. А пока вы - мой помощник и подчиненный. Когда я доберусь до канцелярии, вы будете официально назначены моим лейтенантом, и никаких других званий и титулов между нами на службе не будет. Пояснения, надеюсь, не нужны.
Убедившись, что понят, он кивнул и снова пустил коня шагом.
Если повезет, этот мадридец и впрямь окажется не полным идиотом. Тон, каким он задавал вопросы, позволял на это надеяться.
- Убийств в Кордове не больше, чем Мадриде. В трущобах поножовщина - в забаву, в ремесленных кварталах - вообще не случается ничего тяжелее избиения женой мужа, иногда наоборот. Дуэли в достойном кругу, с соблюдением правил, в перечень убийств не входят.

Тем самым он не только дал понять, насколько редкий случай им предстоит расследовать, но и позволил Агирре получить представление о новом месте службы.
Второй вопрос, тоже оправданный ситуацией. Что требовалось знать о покойном? Иногда знать слишком много - хуже, чем мало, и это без всякой отсылки к цыганским размахиваниям навахой и драматичным угрозам по пьяни. Сам Рафаэль сейчас чувствовал, что "многие знания - многие печали", он запутался в мелочах. Что ж, разговор с Агирре поможет вернуть восстановить перспективу.
- Дон Гонзало регулярно приезжал в Кордову ради шлюх, - без обиняков заметил он. - Обоего пола. В Кадисе это выглядело бы слишком вызывающе, при его-то статусе. Любил всяческие извращения, предпочитал заниматься ими с самыми молодыми партнерами, исключительно девственниками, так как боялся заразы.
За опущенными равнодушно ресницами Рафаэля, как и в звуках чуть насмешливого голоса не прослеживалось ничего личного. Ни тени воспоминаний, как самому ему приходилось изворачиваться и врать, а то и просто спасаться бегством и хорошим знанием местности от похотливого родственничка.
- В этот раз он приехал на третьей неделе поста, пару дней провел гостем мэра.  На пятое число, вместо мессы, с самой субботней ночи торчал в заведении Пакиты, откуда и исчез. Заведение официально закрыто на все время поста, разумеется, - бесстрастно уточнил Рафаэль и скосил глаза, проверяя, понял ли мадридец смысл этой фразы.
Если тот хоть мало-мальски потерся в сыске, то знает, с какими трудностями сталкиваешься, пытаясь добыть свидетелей в борделе да на Великий пост. Кто ж захочет ставить на себе такое клеймо, пусть даже в Кордове инквизиция не ярилась, как в Кастилье или в Риме.

Отредактировано Рафаэль Альтамира (2015-01-12 13:00:20)

+2

5

Прямолинейность виконта Альтамира делала ему честь. Редко кто в тайном ведомстве позволял себе так прямо говорить в лицо, и четко прочерчивать границы. В той закулисной жизни ничего не могло делится на равнозначные части, на белое и черное. Серо. Сегодня одно, завтра иное. Мадридцу было с кем сравнить.
Сантьяго понимающе кивнул, он не судил о людях по виду, титулу. Совсем иное дело – манера держаться, говорить и то, что говорят. К тому же граф, пусть он и не служил в армии, прекрасно понимал важность и значение дисциплины и субординации. Поэтому «скользкий момент» однозначно можно было считать решенным.
К сожалению, с текущим делом так просто разобраться было нельзя. Чем больше говорил Альтамира, тем больше хмурился Агирре. Нет, не от того, что он осуждал действия дона Гонзала – о мертвых или хорошо, или ничего – нет, но подобный образ жизни расширял круг подозреваемых. К тому же мадридец прекрасно понимал, к чему клонит его новый начальник, о подобном не распространяются.
- С ваших слов могу сделать вывод, что мотивы могут быть совершенно разные, начиная от профессиональных, заканчивая личными мотивами.
«Которыми озабочена добрая часть населения Кордобы» - вслух он заканчивать фразу не стал и так было ясно.
Круг подозреваемых большой, следовательно, нужно было его сужать. И тут пора было задать вопрос не менее важный.
- Где было обнаружено тело? – посмотреть место и саму жертву они еще успеют, но в пути было время, и можно было бы набросать первые версии. Как выглядело тело, в каком оно было состоянии – это действительно могло подождать, но вот место.
Было ли оно символично, или титулованного дона выкинули в дорожной канаве, или напротив в чей-то мягкой постели – все было довольно важным. Особенно с учетом того, что у них было тело и немало преград на пути расследования.

+2

6

Пожалуй, знакомство в бане было символичным началом службы Агирре. Он сразу попал в "изнанку" Кордовы и должен был с головой погрузиться в нее уже с первого вечера. Да, у парня впечатление о Кордове сложится своеобразное. Рафаэль усмехнулся.
- Еще один достойный житель Андалусии, опора Церкви и общества, граф Джустиниани отошел в лучший мир пару месяцев назад. Граф Джустиниани, итальянского происхождения, его поместье было злачным местечком высшего класса и только для его друзей. Поместье оставалось под присмотром прислуги после его смерти, но вот пару дней назад приехал наследник. Наследника я не видел, вероятно - увижу сегодня. Какая связь между ним и исчезновением дона Гонзалеса, кроме того, что труп найден в поместье Джустиниани, и есть ли она? Причем труп нашли не зарытым или спрятанным иначе, а - просто сунутым в какую-то кладовку, к старому хламу. Я не понял, как его нашли и почему, разберемся на месте. О доне Гонзалесе альгвасил подумал, увидев одежду и побрякушки. Коль скоро больше никто из благородных людей не исчезал, альгвасил счел, что это - наш педо... гхм, гость мэра.
Дорога, перейдя через мост, разделялась на две, приняв влево, Рафаэль вскоре свернул на проселок. Окрестности он знал не по картам, спасибо мерзавцу Песо и его бандитам, так что кратчайший конный путь к поместью Джустиниани выбрал, не задумываясь. Потянулись унылые ряды виноградников, разделенные натоптанными дорожками и межевыми вехами, из-за которых время от времени вспыхивали соседские распри между мелкими арендаторами. Хотя, казалось бы, десятками лет росшие на одних и тех же местах виноградные лозы, - какие могут быть споры? Но такова человеческая природа.

+1

7

«Дон приезжает в провинцию, чтобы придаться грехопадению, и его находят спустя несколько дней в одном из злачных мест для избранных, по случайному, или не очень, совпадению, хозяин сего вертепа скончался несколько ранее», - отметил про себя Сантьяго, не преминув отметить, что в этом крае Судьба имеет определенно извращенное чувство юмора.
«Было бы чему удивляться».
- А как умер граф Джустиниани? – череда смертей связанная так или иначе, местом и увлечениями покойных, могла иметь общие корни. Пока рано было отбрасывать версии, которые полнились с каждым новым фактом. – И был ли вхож дон Гонзалес в круг друзей графа?
Такая версия могла бы значительно сузить круг подозреваемых, хотя вряд ли бы так легко выудить у представителей избранного круга признание. Но с этого можно было начинать, искать обиженных, преданных, тех кому изменили.
Большинство совершаемых преступлений имеют личный характер, мотивы и причины. За несколько лет работы, нередко он встречал тому подтверждение. Поэтому при построении версий начинал с этого.
Агирре слушал внимательно, и не упустил мимо ушей вариант возможной подмены, но для рассуждений на эту тему нужно было определится с телом жертвы. Выяснить кому оно принадлежит. Поэтому вся информация от сеньора Альтамиры была скорее вводной, которую принимают к сведению, а вот выводы делаю потом. К тому же за разговорами они уже подъезжали к поместью – скоро они получат главный ответ – чье убийство они собираются расследовать.

+1

8

До ворот под белой каменной аркой, оставалось проехать совсем ничего, так что Рафаэль придержал Игруна, обдумывая, что может быть связующим между двумя смертями. 
- Нет, не вижу общего, - он качнул головой. - Прежний граф был уже стар, но удержу не знал в любимых забавах. Можно сказать, что в здешних оргиях он был мистагог. Так что коней он двинул вполне ожидаемо - в обнимку с двумя молодыми прислужниками, после изрядного ужина. Подозрений не возникло. Да и было это аж пару месяцев назад... Вопрос, что забыл дон Гонзалес в поместье покойного?
Если это дон Гонзалес, если он приехал сюда по доброй воле и живым, - много всяческих если вырастало и колосилось над залежавшимся трупом, еще даже неувиденным.
Вопрос об отношениях, какие связывали графа с догом Гонзалесом и множеством других любителей неосвященных церковью ласк, Рафаэль оставил на потом. Или на догадку Агирре. Их уже вышли встречать, тяжелые ворота распахнулись, слуги встали пообочь наготове принять коней, а пара догадливых молодцов, возраста до свинства юного, волокли приезжим лесенки-сходни. Чтоб с коней спешиться. Совсем офигели, или шутить изволили?
Рафаэль въехал на двор, пробегая взглядом по лицам ожидавших. Первое впечатление - его никуда не деть, и лучше бы его сейчас составить внимательно.

Отредактировано Рафаэль Альтамира (2015-01-18 12:37:50)

+1

9

Первое впечатление - «К нам едет ревизор».

То есть внутренний двор поместья выглядел существенно разворошенным, открытые двери, бегающие слуги, криво подстриженные кусты с одной стороны от дороги, и прямо-таки до блеска вычищенная мраморная статуя с другой...

Второе впечатление - «К нам ехал ревизор, и мы его совершенно не ждали!».

Ибо легко заметить, что последние несколько месяцев — видимо еще при жизни старого графа — слуги отчаянно манкировали своими обязанностями, совершенно забросив их скорее всего  в тот же день, когда хозяин двинул коней к адовой переправе. Подзаросший сад, несколько потемневшие ажурные решетки, тусклые окна и без того хмуро выглядящего здания, местами подсохшие ветви винограда... Поместье выглядело одновременно внушающе и величественно, и словно... словно жеребец хороших кровей, на которого вдруг решили не обращать внимания.

Третий взгляд мог дать понять, что - «К нам приехал ревизор, но нам начхать!».

Ибо не смотря на то, что слуги были ну все, просто-таки все решительно заняты, при желании можно было отметить, что деятельность свою они скорее изображали. Суматошно, бестолково, чрезмерно-утомляюще — были подходящими эпитетами для происходящего.

Пожалуй, можно было выдернуть из общей картины только пару лиц, отличавшихся иными чертами и смуглостью кожи — оба мужчины находились возле конюшен, что-то обсуждая, и при виде вьезжающих синьоров переглянулись, после чего один из них направился внутрь дома, весьма так торопливо.

Брошеные несколько взглядов от местных слуг на смуглых могли поведать не менее красочную историю текущих взаимоотношений прислуги внутри поместья с «Понаехала шантрапа!» одной стороны и «Криворуки расфуфыренные!» с другой.

Самое забавное, что к моменту когда мальтиец открыл двери, чтобы войти внутрь — ему тут же пришлось продемонстрировать и похвальную ловкость, уворачиваясь от выпавшего в классической позе «только что я получил хук слева» молодого слуги в такой изысканной и ладной форме, что кому другому сошла бы и за праздничный наряд.

- *(Отвратительный человек низменных склонностей, гореть тебе в Аду за них и мерзкое поведение свое, и скажи спасибо что я тебе грязные руки не переломал)* !!! - Самым разьяренным юношеским голосом звонко выкрикнули вслед кубарем скатившемуся с крыльца щеголю по-мальтийски. С применением некоторых характерных же эпитетов, неприличных в озвучивании при мало-мальско светском обществе.

Выскочивший на крыльцо следом Аурелиано был занятного малиново-смуглого цвета, несколько потрясал кулаком — по всей видимости вложив чрезмерно силы в этот ударный посыл, и в целом выглядел как ангел, которого предательски укусили за задницу, учитывая светло-серый камзол и белую ленту в волосах.

Отредактировано Аурелиано Джустиниани (2015-01-19 01:08:44)

+1

10

Поместье графа Джустиниани Рафаэлю Альтамире было знакомо не понаслышке. Нет, он не был завсегдатаем вечеринок, и как капитана стражи его сюда не вызывали. Официально. Но не все в славном городе Кордова делается официально, так что провожатый по поместью Рафаэлю не требовался.
Требовалось только понять: что такое нынешний граф Джустиниани, и нужна ли ему та специфическая помощь, какую мог оказать в Кордове капитан стражи другому благородному и не обремененному бедностью или нехваткой связей сеньору.

Аллея плодовых деревьев вдоль дороги к хозяйскому дому выглядела неухоженной. Парадный въезд напоминал базарную площадь с приездом каравана бродячих клоунов. Без хозяйского глаза дом - сирота, но не Рафаэлю было об этом сетовать сейчас. Он и Агирре только выехали из аллеи на мощеный двор перед парадным входом, как на ступени того самого входа с пронзительным воплем, в котором как будто перемешались итальянские и арабские словечки. (Рафаэль не знал мальтийского, а если бы и знал, то стремительный поток на высоких регистрах, вырвавшийся из груди разъяренного молодого человека с белой ленточкой в волосах по скорости был выше любого непривычного восприятия).
Вопль вызвал немую сцену, слишком короткую, чтобы насмешить, и слишком долгую, чтобы остаться незамеченной. Слуги замерли, где стояли. У Рафаэля появилась секунда увидеть среди остальных знакомого ему по прежним визитам конюха и щелкнуть ему пальцами. Парень опомнился, побежал к гостям, долгожданным,но вряд ли приятным, и “живая картина” впрямь ожила.
Двое слуг, явно маявшихся от безделья, вдруг потащили к коням сходни, точно старикам или хрупким дамам. Примечательно, что Коррадо, державшегося чуть позади офицеров, они своей опекой не удостоили.  Рафаэль спрыгнул с седла, пинком в грудь отогнав от себя первого идиота, второй догадался отступить от Агирре прежде, чем получил бы от того по уму и заслугам.
- Слыхивал я про аглицкий Бедлам, - пробормотал Рафаэль сквозь зубы.
Широко, раздраженно шагая, он пересек суету и у ступеней портика, прежде, чем подняться, тронул пальцами шляпу в знак своего уважения молодому гневливому дворянину.
- Доброе утро, сеньор. Имею ли я удовольствие познакомиться с наследным графом Джустиниани? Капитан Альтамира, городская стража. Со мной лейтенант Агирре и рядовой Коррадо.
Мальчик, бесспорно, мог и не быть графом, тогда он был очень близким ему слугой, или прислуга бы не вела себя с такой показной деловитостью, пряча в кулак смешки после его разгневанного вопля. Кстати, что тут произошло, и почему парнишка меняется в красках, как молоденький хамелеон, еще не привыкший к окрестностям?
Рафаэль с любопытством взглянул на споткнувшихся друг о друга слуг, одного - явно графского, в ладной одежонке, о какой заботился старик граф, и второго - явно новичка, смуглого, одетого удобнее и проще.
Кто-то, возможно, и попросил бы прощения за то, что вторгается в разгар домашних разборок, но Рафаэлю, привыкшему наблюдать всякое еще с детских лет, - кто ж оберегает бастарда от впечатлений! - было проще проигнорировать увиденное и не смущать словесами хозяев.

+1

11

На время можно было оставить версии и вернуться к происходящему в настоящем. И посмотреть было на что. Поместье в запустенье, слуги в праздном шатании, пренебрежительны. Граф никогда не понимал, зачем иметь множество людей в своем подчинении и не владеть даром ими управлять. Хотя, при взгляде на молодого юношу, который возможно был новым хозяином этого место многое вставало на свои места.
Неодобрительный взгляд скользнул по юноше, когда Альтамира представил лейтенанта. Очень юн, эмоционален, и голос. Должно быть, его не готовили к управлению поместьем. Чтобы хозяин самолично приложился рукой к слуге. Нонсенс. Отдать приказ, и пусть один выпорет другого за неподчинение, или иное наказание за иной поступок. Даже жаль юношу, которому предстоит еще варится в этом месте.
«Внешность бывает обманчива», - напомнил мадридец себе, вспоминая один случай из своей карьеры. Образ тонкого голубоглазого юнца, загорелого, с дурманом в голове, беспомощного и смертельно опасного. Тогда он чуть не умер, когда этот змееныш полоснул по шее отравленным кинжалом. Чтобы быть убийцей, не нужно сила, напротив, хитрость и смекалка.
Мог бы быть также опасен предполагаемый наследник Джустиниани, покажет дальнейшее развитие событий, сейчас же Сантьяго предпочитал наблюдать и примечать, как и привык это делать.
«А чужая жизнь здесь не в почете?» - слуги вокруг были куда больше озабочены тем, что творилось с приездом наследника, чем тем, что в поместье был найден труп. Интересно, они настолько привыкли к такому или не осознают всю степень проблемы?
Буду представленный как лейтенант, он уже имел кое-какие права, особенно по отношению к рядовому Коррадо.
- Пусть закроют ворота, никого не выпускают, и имена всех живых душ перепишите, и того, кто должен быть и нет. Если такие имеются. Если кто-то приедет, впускайте, но отводите отдельно. Чуть больше серьезности, пусть прочувствуют что это не очередное увлекательное событие их жизни, о которым они почешут языками за очередной кружкой вина, - отступив на шаг назад, он отдал распоряжение рядовому. Мужчина выглядел толково, понимающе кивнул и откланялся.
Сантьяго же вернул свое внимание на юношу, который совсем недавно пылал праведным гневом, ожидая его ответ.

+1

12

Покатившемуся кубарем слуге стоило припадать со словами пылкой благодарности к стопам подошедшего гостя, ибо разьяренный господин точно не был в этот миг склонен к решению вопроса полюбовно, и судя по дивным переливамкрасного градиента на лице, метался в выборе своем между «высечь на конюшне» и «сбросить со стены в море». Положив руку на сердце, едва ли эти мысли действительно приходили в голову Аурелиано именно в такой формулировке, однако в грехах гневливости и желания причинить недоброе (и не раз!) ближнему своему юноше точно предстояло хорошенько раскаяться.

Выражение лица слуги было растерянное и обескураженное, однако он явно был вполне сообразительным, чтобы воспользоваться метнувшимся к подошедшему взглядом хозяина, чтобы вскочить и спешно ретироваться в сторону угла дома. Внимательный взгляд мог так же отметить, что некоторые слуги провожали получившего столь яркую взбучку взглядами с откровенным злорадством — так обычно смотрят на выскочку, пользующегося незаслуженными привилегиями (по мнению большинства) и чье публичное унижение весьма приятно лицезреть.

На лице смуглого слуги, который спешил в дом, отразилась легкая досада, однако торопливость его мигом пропала и он отступил в сторону, остановившись однако неподалеку.  Что изобличало хорошую выучку, а так же способность рассчитать расстояние, не позволяющее укорить в подслушивании, однако же предоставляющее возможность первому подойти к беседующим, паче чаяния такая необходимость возникнет. Или первому атаковать — спокойная поза смуглого не вызывала подозрений, однако что-то было в его выправке и взгляде, что не позволяло предположить в этом парне умение только ловко подносить хозяину панталоны.

Рафаэлю же достался весьма сердитый взгляд!.. В котором следом, как в смене погоды в небесах, можно было наблюдать отступление свинцовых туч гнева под стремительным порывом ветра недоумения, быстрый трепет по-девичьи длинных ресниц проступающей внимательности, и наконец — лишь легкую рябь удивления, только подчеркнутую приподнявшимися дугами бровей.

- Приветствую вас в поместье Джустиниани, капитан! - Дыхание юноши все еще нельзя было назвать ровным, хоть он и прикладывал к этому зримые усилия, несколько раз глубоко вздохнув — отчего, словно в насмешку над попыткой звучать равно и безпристрастно, фраза получилась скорее... привлекательной. Так, словно сероглазый и юный хозяин дома только и томился где-нибудь на балконе, маятно сжимая горячими от волнения ладонями холодный камень перил, и высматривая — не появится ли со стороны леса давно ожидаемая кавалькада?

- Вас, и ваших спутников. - Проявил Аурелиано меж тем должную вежливость, не пожелав пока отсекать столь решительо представителя властей от его подчиненных. И наконец-то показав, что гневно поджатые только что губы куда более привычно складываются в весьма приятную взгляду улыбку — так как он как раз перевел взгляд на представленных капитаном людей, можно сказать, что она почти целиком лейтенанту Агирре и досталась.

- Вы правы — я действительно Аурелиано Юэн Джустиниани, граф Джустиниани. - Легко подтвердил он догадку капитана, и чуть отступил к дверям, делая приглашающий жест. - Прошу прощения за эту сцену, я... не предполагал, что у нее будут свидетели.

Ага, ни сном, ни духом — рефлекс «схватили за задницу, врезать в ухо», был заложен где-то в бесознательных, рядом с дыханием. Можно сказать, что в рукоприкладстве намеренном Лелео каяться точно не придется.

- Прошу вас, будьте моими гостями. - Меж тем, гостеприимно проговорил юноша, глядя уже на Рафаэля. - Вас ведь вероятно привело сюда какое-то дело? Я буду рад выслушать вас, соответственно срочности — мы можем пройти в мой кабинет или же я буду рад пригласить вас разделить со мной ужин.

И ведь ни единого проблеска беспокойства в нем нет — ни в позе, ни во взгляде, ни в звучании голоса. С равным успехом можно предполагать в юноше или же железные нервы, или же филигранное лицемерие, способное вот так мастерски сыграть святую невинность перед весьма настораживающими гостями. Особенно, если у тебя где-то в доме труп.

Впрочем, нельзя отрицать, что этот образ Аурелиано Юэну Джустиниани был очень к лицу.

С чуть влажными волосами, не ушедшим румянцем гнева, расстегнутым легкомысленно воротом камзола и такой улыбкой, можно было сказать, что в первом приближении наследник Джустиниани выглядел ровно так, чтобы вызывать у дам где-нибудь на приеме реакцию «Ах!», а у мужчин критическое «Тц!», если только они не из тех, что предпочитают и знают как вызывать у таких юношей реакцию «Ах!» под собой.

Отредактировано Аурелиано Джустиниани (2015-02-01 19:05:59)

+2

13

Взбудораженные общей суетой, из-за угла стрелой выскочили два кота и, словно бесами одержимые, пронеслись вдогон друг за другом, лавируя между людских ног. Один был серо-бурым, в крапинку и полосочку, исконне дикого окраса, другой - пятнистым, черно-белым. Удирал серый, и Рафаэль скептически посмотрел на его преследователя. "Зуб даю, минуты не пройдет, а Пятнышко будет просить пощады".
Очень уж хитро щурился бурый, проносясь в якобы поспешном бегстве, очень уж ловко выбирал место для конфронтации, маневрируя по двору. Эль Трепадор, белый пушистый кошак, позволявший Рафаэлю делить с ним жилье, многому научил своего "хозяина".
Капитан перевел взгляд на милое, очаровательное, полное наивного шарма лицо молодого графа.
И лишь усилием воли удержал челюсть от падения на плохо выметенные камни двора. "Какое-то дело?" и: "Разделить ужин"?
Прежде чем ответить, Рафаэль несколько секунд рассматривал юношу, не сказать, чтобы слишком навязчиво, но вполне беспардонно и прямо.
- Думаю, можно назвать и так, ваше сиятельство. Сожалею, с ужином нам придется пока повременить, - сперва труп. Кто его обнаружил, кто сообщил о нем вам, что с ним успели сделать, и так далее. Надеюсь, этот разговор не слишком повлияет на ваше пищеварение.
Последние слова он добавил после недолгой паузы, все так же не сводя с молодого графа взгляда, начисто лишенного всякого выражения.Не пытался ли тот создать впечатление, что понятия не имеет о трупе, найденном в его поместье? Мир и без того достаточно скверное местечко, чтобы позволять смазливым юношам морочить тебе голову - и даже не ради постели. Хотя вот последнее оставалось недостоверным.
Краем уха Рафаэль услышал, как четко Мадридец (ага, прозвище напросилось само) распорядился о первых мерах на месте инцидента, избавляя его самого от этой рутины. Хвалить или не хвалить, будет ясно позже, - на иного зазнайку похвала может подействовать точно уксус на обморочную даму, подскочит и начнет верещать. Хорошо, что теперь ясно - помощник знает, что полагается делать хотя бы в таких случаях.
- Итак, ваше сиятельство, вы сами нас проводите к опочившему или дадите сопровождающего?

+2

14

- Труп? Како... - Прелестный юноша, начав было недоуменно хмуриться, вдруг щелкнул жемчужными зубками с такой силой, что впору радоваться, что поберечься пришлось только воздуху.

После слов капитана полиции у молодого графа сделалось такое выражение лица... Такое очень характерное — как у человека, у которого с утра очень болел зуб, и вот со временем боль притупилась настолко, чтобы о ней благополучно забыть. И совершенно внезапно о больном зубе вдруг напомнили — посредством мощного удара в челюсть аккурат с той самой стороны.

Несколько секунд Аурелиано выглядел так, словно ему до боли хотелось постучаться лбом о стену — но не совсем рациональный порыв пришлось душить на корню, ибо в ближайшем распоряжении у него был только темноглазый капитан полиции, и не смотря на некоторое сходство с оной стеной, едва ли он был расположен предоставлять в распоряжение Аурелиано какую-либо часть тела для челобитной.

Впрочем, зацепившись взглядом за темные зрачки глаз офицера, Аурелиано невольно подумал, что едва ли этот человек к нему расположен вообще...

- Еще и труп! - Вырвалось у графа в сердцах, и Джстиниани на миг отвернул голову, с силой сжимая переносицу пальцами — словно пытаясь заставить мозг выдать ответ на поставленные перед ним вопросы. Проклятье, надо было взять себя в руки и как-нибудь действовать — желательно, более сосредоточенно и адекватно создавшейся ситуации, чем предыдущие пару минут.

- Простите, капитан, я... про него в некотором роде забыл. - Тоскливо перебрав несколько возможных обьяснений своему поведению, Аурелиано решил остановиться на истинном, но тут же и пожалел — очень уж нелепо оно прозвучало. - Безусловно, я вас проведу. Он в.... он...

- В бывшем сарае для кухонной утвари. - Пришел на помощь явно напрочь не помнящему местоположение грешного трупа синьору смуглолицый слуга. - Ваше сиятельство распорядился перенести его туда утром, сразу после обнаружения, что и было незамедлительно выполнено.

У Аурелиано значительно отлегло от сердца.

- Вот и хорошо — а теперь проводи нас туда. - Куда более спокойнее велел он. И бросил несколько аккуратный взгляд из-под ресниц на капитана, словно пытаясь (наконец-то!) оценить настрой явившихся к нему следователей.

+1

15

Годы выдержки явно давали о себе знать, иначе бы Агирре непременно бы высказался по поводу разыгранного перед ними спектакля – начиная от собственноручного наказания слуги до совершенно умопомрачительной забывчивости.
«Труп, подумаешь труп. В моем доме. С кем не бывает?»
Юный наследник или действительно был не от мира сего, или же искусно играл на публику. Зачем ему второе – стоило разобраться. По крайней мере, граф не имел привычки делать поспешные выводы.
Зато мужчина обладал достаточной наблюдательностью, чтобы обратить внимание на тот факт, что тело было перенесено. Час от часу не легче. Зачем переносить труп?
«Скажи спасибо, что еще не похоронили со всеми сопутствующими ритуалами…» - дурное расположения духа, которое сопровождала его всю дорогу до Кордовы, вернулось.   
- Сеньор, я бы попросил выделить еще одного провожатого, кто смог бы показать нашему человеку место, где был найден труп, - совершенно спокойно озвучил Сантьяго. – Надеюсь, там еще не было сделано уборки?
С последним вопросом он посмотрел на смуглолицего слугу, который явно был в курсе куда лучше хозяина дома. Если все уже убрано, то они лишатся ряда возможностей. Не так много можно понять, но рисунок следов, кровавые пятна – могли бы, пусть и немного, но приподнять занавес тайны.
- И кто нашел тело? – вопросы у мадридца не иссякали. Когда дело касалось работы, он предпочитал не тратить время зря. Особенно когда «по горячим следам» куда лучше можно разобраться в случившемся, не дать время подумать, дорисовать, приукрасить. Интересная материя – память, она настолько субъективна, на сколько хватает фантазии ее обладателю. – Мы хотели бы поговорить с ним/ней/ними.
И на тело, разумеется, они посмотрят, но для Агирре по сути не имело значения кого они обнаружат. Есть тело, значит возможно есть и преступник – какова вероятность несчастного случая? – а значит есть и работа.

0

16

Еще и труп. Неприятности должны быть немалыми, чтобы о трупе упомянуть вот так, между делом, как о незначительной досаде. Но Рафаэль здесь был не ради утешения графского наследника. Да и сомневался, что тот нуждается в утешении, какие бы энергичные мимические усилия тот ни демонстрировал. "Старый кухонный сарай?" Рафаэль взглянул на слугу, но тем уже занялся Агирре, и он оставил это помощнику.
Он пошел рядом с графом, учтиво приноровив свой шаг к шагу юноши.
- Сочувствую, ваше сиятельство. Как некстати оказаться наследником не только поместья, но и непонятных событий, которые в нем произошли. Я предпочел бы знакомство с вами при иных обстоятельствах, дон Аурелиано, можете мне поверить. Наш город предоставляет тому немало возможностей... Давно вы в Кордове?
Он говорил ровным, искренним тоном, каким говорил бы с испуганным жеребенком или незнакомой собакой, каким говорил с любым человеком, когда хотел быть понятым без лишнего напряжения. А напряжения, видит Мадонна, (хотя нет, женщине лучше во все это не впутываться...) - видят святые, они покрепче, - напряжения в ситуации с доном Гонзалесом хватало.
Служебные постройки поместья стояли на разумном расстоянии от хозяйского дома, и аккуратно выложенные плиткой дорожки, сменившись гравием, четко указали, когда они перешли на "другую территорию". Рафаэль не раз бывал в этом поместье, он представлял, куда они сейчас идут, и с тем более внимательным интересом наблюдал за новым владельцем поместья. Тот еще не освоился. Да и зачем было бы новому графу Гонзалесу знать поместье, где произошел инцидент, если он не имел к нему касательства - или имел?
Заведомо не как исполнитель. Хрупкая фигура графа, его манера могла бы предполагать некоторые отношения юноши с покойным, но никак не отношения убийцы и жертвы.
- У нас здесь говорят о вашем прибытии с известным любопытством. Говорят, вы воспитывались где-то за границей, но точно никто не знает, где... в Италии, быть может? Как полагаете, трудно вам будет привыкнуть к нашей провинции?
Славная светская болтовня, - Рафаэль достаточно часто практиковался в ней раньше, и не имело значения, что он терпеть не мог пусты разговоры. Сейчас легко слетавшие округлые фразы несли вполне существенный смысл, облеченный в удобную для обоих форму беседы - не допроса.

+1

17

Аурелиано шел по дорожке и вид имел не сколько усталый, но как у человека, чья голова переполнена вещами самого разного толка, и который к такому обьеу табунирущих его рассудок срочно-сверх-важных вопросов решительно не привык. Существенно не хватало в нежном облике юности той особой толики напускного равнодушия, с которым воспитанный в подходящем серпентарии аристократ воспринимает любой уровень происходящего вокруг него безумия.

...с другой стороны - если бы кто-то хотел сыграть подобный подход, то именно это и выглядело наиболее разумным вариантом. Эдакий задерганный, слегка рассеянный, но от этого только еще более юный и милый наследник баслословных долгов, простите, баснословного состояния. С такими растерянными глазами на по-нездешнему загорелом лице, что невольно вызывал желание дрогнуть и ободрить его на выпавшем суровом жизненном пути.

"Какой приятный голос... " - осторожно взглянул на идущего рядом мужчину Аурелиано тем временем. "Может, мне показалось, и под этой суровой внешностью скрывается человек добрый и отзывчивый? С другой стороны, не слишком ли я предъявляю к нему высокие требования сразу? Нашел отчего напрячься, "недостаточно расположенно выглядит"! Он все-таки следователь, а у меня здесь найдено тело. Боже! Откуда оно еще вывалилось, это грешное тело? Как я вообще мог про него забыть?! Мне же вроде бы докладывали... или нет? Ну если Этан помнит, значит точно докладывали. Какой кошмар, я выставил себя просто полным идиотом перед ними. Зачем я ляпнул про этот ужин? Ладно, я просто от неожиданности, да и приятно было - все-таки гости... Неплохие гости, чтобы разделить с ними ужин вместе с мессиром Малатестой! Может быть, наблюдая за ними, я смог бы что-нибудь понять про друга графа? Хотя он говорил, что они не были такими уж близкими друзьями... Но мало ли - боятся же его почему-то до дрожащих колен слуги! А господин следователь выглядит как истинный уроженец этих земель - такой же смуглый и суровый, легко его представить в бою или например где-нибудь на корриде... Ой! Ответить-то!..."

Перестав подвергать сеньора Альтамира испытующему осмотру из-под ресниц, юноша словно слегка очнулся и смущенно улыбнувшись, ответил:
- Да, я совсем недавно прибыл - позавчера лишь. Уже пошли слухи? Воистину, быстрее выпада меча, стремительней ядра корвета... - Похоже, фраза была цитатой откуда-то, очень уж выразительно-поэтическое лицо сделал юный наследник в процессе. - Я воспитывался на Мальте, сеньор, в Валетте. Так вышло, что вся моя родня со стороны почтенной матушки имеет родственные и иные связи с этой благословенной землей и орденом Госпитальеров...

Аурелиано на миг прикрыл глаза, проходя под сенью невысокого деревца, и прощальные лучи солнца брызнули на его лицо, заставив заполыхать в густоте ресниц ало-золотым. Голос юноши, однако был несколько серьезнее, чем ранее, когда он закончил свою речь фразой:

- Говорят, что плач наследника это хорошо замаскированный смех. Я предпочел бы не быть затронутым этой фразой вовсе - но раз волею Господней теперь это моя судьба, я сделаю все, чтобы принять ее с достоинством и не подвергнуть фамилию  остракизму. - Легкая пауза и вздох, сопровожденный новой улыбкой. - Ну, большему, чем уже есть.

Отредактировано Аурелиано Джустиниани (2015-03-04 16:41:14)

0

18

Слуга, разумев, что Агирре не намерен шутить, энергично закивал, уверяя, что более ничего не делалось, так как приказов от Его Сиятельства на сей счет не поступало.
«Вот действительно, как там говорилось – работа есть бесчестие – и зачем лишний раз покрывать себя позором, не имея на то прямого приказа», - но в этот раз негласное правило, укоренившееся в умах многих, сработало на руку правосудия.
Сантьяго подозвал рядового Коррадо – толковый малый уже организовал перекрытие всех возможных входов и выходов, насколько это было выполнимо при их возможностях – и в общих чертах обрисовал ситуацию по месту нахождения трупа.
- Отец у меня следопытом был, кое чему и меня обучил, - со знанием дела сказал альгвасил, на что мадридец одобрительно кивнул.
Слугу же он попросил собрать всех свидетелей, после чего сообщить им.
Раздав таким образом все необходимые, по его мнению, указания, граф отправился следом за уходящей парой «юный наследник – начальник стражи». Нагнав, он держался на полшага позади, внимательно слушая, и прикидывая, насколько действеннее в данной ситуации метод общения избранный капитаном Альтамирой, чем прямая лобовая атака.
В общении, как и в фехтовании, не всегда прямой удар был самым выгодным, чаще, наоборот. Но по природе своей и складу характера, Сантьяго всегда выполнял роль «мрачного стража», в противовес чей-то гибкости.
От разговоров бывает прок, но его сейчас больше интересовало тело, которое в своем безмолвии может раскрыть то, о чем живые умолчат. От того он пока не торопился вмешиваться в «светский» диалог двух мужчин. Наблюдал обстановку вокруг, слушал образные речи юноши и следил за его жестами.

0

19

Позавчера.
Позавчера - в Кордобе? А в Испании? Окинув взглядом юношу ангельского вида, идущего рядом, Рафаэль задержал взгляд на руках. Обычные руки парня, которого учили обращаться с оружием - достаточно крепкие для убийства. А его характер?
Между исчезновением дона Гонзалеса и его обнаружением прошло чуть больше, чем три дня, но когда именно тот умер, - они узнают, увидев труп. Если его "переносили", тем более, на склад, то тело должно быть еще в более-менее приличном виде.
- Вы давно не видели покойного графа? Мы скорбим о тех, кого хорошо знаем и любим, а если человек близок лишь по роду и имени... - Рафаэль пожал плечами.
Юноша был именно таков, каким покойничек и его многочисленные друзья и гости могли бы заинтересоваться очень тесно, - стройный, изящный, с нежным лицом и глазами невинного олененка.
- Вероятно, я не ошибусь, если принесу вам только формальные соболезнования, сеньор. И куда менее формальные поздравления. Теперь здесь все зависит от ваших действий, - он сделал маленькую, но ощутимую паузу,  - теперь и немногим ранее.

За поворотом дорожки открылись служебные постройки. Рафаэль чуть ускорил шаг, обогнав юного графа с уверенностью человека, привычно ориентирующегося в этом месте. Характерный запах, хотя и не сбивающий с ног, мог привести к нужной двери и слепого. Прежде чем открывать сарай, Рафаэль натянул перчатки. Можно быть привычным к трупам, но вовсе не обязательно при этом любить прикасаться к ним голыми руками.
- Мне нужен свет, - бросил он, не адресуясь конкретно ни к кому. Он жестом попросил графа задержаться снаружи сарая и, на случай, если тот не понял, добавил: - Позвольте мне не подвергать ваш взгляд испытанию этим зрелищем, ваше сиятельство. Да и склад довольно тесен... Вы уже видели тело?
Краем глаза он зыркнул на Агирре и указал взглядом на юного графа. "Глаз с него не спускать".
Непорочный вид воспитанника госпитальеров мог маскировать любые мысли, - тот, кому приходится с детства расти в оковах жесткого воспитания, либо вырастает пришибленно-наивным, либо отменным вруном.

0

20

Можно сказать, что по пути юный граф и виконт тщательно обстреливали друг друга изучающими взглядами - если бы хоть один из них был нежной девой, то обстоятельства были бы самые интригующие. Хотя это смотря с высоты какого опыта и предпочтений анализировать ситуацию, конечно.

"На одном из наших ристалищ этот следователь бы точно гармонично смотрелся - конечно, с коренным мальтийцем его не перепутать, но все-таки есть что-то общее. В черной с алым форме он бы выглядел действительно эффектно, особенно со спины. " - Взгляд юного графа скользнул по воротнику, прилегавшему к сильной шее, тронул совсем мимолетно мужское плечо, в чьей крепкости едва ли стоило сомневаться, даром что под плотной тканью одежды не угадывалось даже очертаний мускулов. "Как жаль, что мне не дано таланта к рисованию - если уж я обращаю столь пристальное внимание на других, так хоть бы где-то это пригождалось. Хотя его, пожалуй, лучше нарисовать не у берега морского, а на спине жеребца, в прыжке - так, чтобы угадывалось напряжение, азарт, желание достигнуть и победить... Брррр! Пожалуй, еще одно такое отвлечение, и этот "образ холста жаждущий" сочтет тебя совершенным аутистом, Лелео! А то как бы не еще что похуже."

...молча внимающий словам виконта юный граф, смотрел на него на редкость мечтательными глазами в процессе - на ладонь поуже в плечах, на три ладони длинней волосы, белое платье и усыпать подобающими украшениями, и начальник стражи мог бы подписаться  под утверждением, что покорил этой юной деве если не сердце, то воображение.

- Эм... - Спохватившись, Аурелиано торопливо перевел взгляд на дверь в сарай. Слегка нахмурился было, но потом смиренно вздохнул. - Вы очень проницательны, уважаемый. Я горжусь принадлежностью к роду Джустиниани, однако память моя не сохранила образа старого графа и я сожалею, что ныне вынужден создавать его вновь, основываясь на не самых богоугодных знаниях. Но в этом нет ничего, что было бы в моей воле. Отходит человек в вечный дом свой, и готовы окружить его по улице плакальщицы, и возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратился к Богу, который дал его...

Очередная цитата звучала из красивых губ так легко и одновремено так вдумчиво, что можно было предположить действительно хороших наставников, которые этому юноше когда-то достались. Заставлявших его не только зубрить красивые и высокие фразы, но и требовавших глубокого понимания смысла их. На легкую же паузу в речи Рафаэля его юный спутник опустил ресницы, скрывая взгляд, однако почти сразу же кивнул, выражая свое согласие.

- Увы, тела я не видел. - Очередной вздох был действительно тяжелым, видно было, что тема эта Аурелиано не слишком-то приятна, и вид юноша вмиг приобрел обесуражено-раскаивающийся. - Я осознаю, как нелепо это прозвучит, господа - но я действительно про него забыл. Доложили мне о нем в потоке вестей, который атаковал мой разум непрерывно, начиная с рассвета и я велел перенести его из дома куда-нибудь, кажется чтобы успокоить слуг, и... и забыл. Мне несомненно напомнили бы про него вскоре, но появилось срочное дело, которое вынудило меня спешно покинуть поместье - вернулся я незадолго до вашего приезда, с вами же о нем и вспомнил. Это безусловно непростительно, и я надеюсь оказаться вам хоть чем-нибудь полезным в дальнейшем, чтобы скомпенсировать столь неудачное стечение обстоятельств.

Обернувшись, юный Джустиниани слабо улыбнулся Сантьяго, словно подчеркивая дополнительно, что слова его о всяческой попытке реабилитироваться в глазах служителей закона, относятся к ним обоим. В гаснущих лучах заката молодой человек выглядел, словно запутавшийся в кровавой паутине ангел - еще более хрупкий и уязвимый, чем обычно.

Цитата

Отходит человек в вечный дом свой,
и готовы окружить его по улице плакальщицы,
И возвратится прах в землю, чем он и был;
а дух возвратился к Богу, Который дал его.
  Еккл, 12, 5

Отредактировано Аурелиано Джустиниани (2015-03-07 20:44:14)

+1

21

Граф правильно понял взгляд своего нового начальника не упускать из виду, пытающегося изъясниться юношу было не сложно. Это даже не помешало выполнить другую просьбу капитана, касающуюся света. Идти за лампой или чем-то подобным, было долго, звать слуг, объяснять, зато у сарая было заколоченное наспех окно, которое обеспечило бы должным светом все внутреннее тесное пространство. Пара гнилых досок подались легко и окно со скрипом открылось, запуская в сарай свет. Специфический запах сразу же ударил в ноздри, все же жаркая погода играла немаловажную роль. Было слышно, как внутри неприятно жужжат прилетевшие на «сладенькое» мухи. Тело лежало внутри, мужчина бросил на него беглый взгляд и отошел в сторону, чтобы не создавать тень.
- Не беспокойтесь, сеньор Джустиниани, главное, что вы известили стражу, - отряхивая перчатки, забросил удочку Агирре. – Тем самым выполнив свой долг.
С подачи юного графа или нет, но Альтамиру оповестили, но было немного интересно, как ответит на это юноша. Он или не он. Или вновь сошлется на временное затмение.
Конечно же, Сантьяго был бы не прочь изучить и тело. Не то, чтобы его прельщала старая умерщвлённая плоть, от которой разило уже на несколько метров, но если мадридец занимался каким-то делом, то делал это с особой тщательностью, чаще руководствуясь девизом: «Хочешь сделать хорошо, сделай сам».
- Благодарим вас за то, что вы готовы оказать содействие, это будет учтено…
«При вынесении вердикта…», - про себя добавил новоявленный лейтенант, вспоминая, как шутил один из его коллег в Мадриде, по убеждению которого все с самого начала были виновны.
- Капитан, это тот, кого вы и ожидали? – не сводя взгляда с наследника, ровным тоном уточнил Агирре.

+1

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » Кровь и кастаньеты » Настоящее » Ложь пахнет смертью (с) //Квест: Брат за брата.